АРХАИЧЕСКАЯ ГРЕЦИЯ
Архаический период охватывает время становления рабовладельческого общества в древней Греции. Развивается индивидуальное рабовладельческое хозяйство, торговля, но при этом сохраняются значительные пережитки родового строя.
Господство родовой аристократии, которая обособилась в правящую группу складывающегося класса рабовладельцев, вызывает недовольство крестьян и горожан. Тяжелое положение мелких рабовладельцев—недавних общинников—сказывается на их идеологии, представлявшей действительность в мрачных тонах (см.№ 30). Рост имущественного неравенства, захват лучших земель аристократией, произвол последней вызывают обострение социальной борьбы, после того как «Различие между богатыми и бедными выступает наряду с различием между свободными и рабами, с новым разделением труда — новое разделение общества на классы». (Ф. Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства, Госполитиздат, 1949, стр. 169.) За пределы родины выселяются различные категории свободных эллинов: бедняки и предприимчивые торговцы, а также политические изгнанники.Во многих греческих полисах происходят политические перевороты. На месте низвергнутых аристократических правительств в ряде случаев к власти приходят тираны. Их поддерживает предприимчивый рабовладельческий демос. Растет число рабов, усиливается их эксплоатация.При выяснении причин греческой колонизации необходимо подробно остановиться на тяжелом положении крестьянства. Яркий, запоминающийся материал по этому вопросу дает поэма Гесиода «Дела и дни» (№ 31—32). В ней крестьянин рисуется уже не как общинник, а как мелкий собственник, в случае удачи — мелкий рабовладелец. Упорным трудом и бережливостью он борется с повседневно подстерегающим его разорением, ненавидя и боясь захвативших лучшие земли «пожирателей даров», «жирных басилеев», хищничество и произвол которых запечатлены в бессмертной басне о ястребе и соловье.
Гесиод рекомендует крестьянину иметь только одного сына, чтобы не дробить между наследниками земельный участок. Гесиод советует жить в мире и согласии с соседями,чтобы в случае необходимости быть уверенным в их помощи, так какна родственников, живущих далеко, рассчитывать не приходится. Крестьянин уже растерял своих родственников, которые ушли на чужбину в поисках лучшей доли.Отец самого Гесиода переселился в Беотию из малоазийской Ионии.Вместо патриарха — владыки большой патриархальной семьи, Гесиод рисует престарелого отца, живущего на содержании сына, который ругает его «нехорошей бранью». В таких условиях становится понятным первоначальный преимущественно земледельческий характер колоний. Тяжелые условия жизни на чужбине первых колонистов ярко изображают отрывки стихов Архилоха (№ 39). Общий очерк колонизации и развития хозяйственной жизни дает Фукидид (№ 34). Представление о том, как далеко уходили от своей родины греки* вытесняемые условиями социально-экономического развития, дает, например, надпись на статуе Рамсеса II в Нубии (№ 36). Читая и объясняя ее содержание, следует обратить внимание на трудности изучения старины и на тот факт, что в числе исторических источников в данном случае оказалась запись, появившаяся в результате того, что недисциплинированные греческие наемники фактически попортили статую, самовольно вырезав на ней свои имена. Но эта запись из-за отсутствия других сведений является теперь важным документом: подлинным свидетельством того, что греки в начале VI в. до н. э. были в Нубии.
Стихотворение Алкея повествуето службе греческого наемника в Вавилоне (№ 38). В рассказе Геродота (№ 35) о греках в войсках Псамметиха I и Ама- сйса II в связи с колонизацией важно упоминание о разбойничьих странствованиях по морю греков и карийцев, поступивших потом наемниками к египетскому фараону и получивших земельные участки. О том же говорит и Фукидид в отрывке о колонизации Сицилии, где переселенцы «поделили землю» (№ 40). Торговый характер колонии приобретали и несколько позже.
(№ 37). Основным предметом вывоза из колоний в Грецию наряду с рабами был хлеб. На это указывают особенно документы из XI раздела хрестоматии, так как вывоз хлеба в Грецию сделался основой торгового развития северных припонтийских греческих колоний. При изучении колонизации надо привлечь и №№ 154—156* 161, 162, 168 из раздела XI, в которых описываются скифы и греческая колонизация Северного Причерноморья.Интересен документ № 41 — надпись, содержащая наказ греческим колонистам Навпакта, из которого видно, что колонии были независимыми полисами, но сохраняли близкие и многосторонние отношения с метрополией — . городом-матерью, выселившей колонистов. О росте денежного хозяйства, упад-, кезнати иэкспроприации ее земель силами победоносного демоса свидетельству-, ют элегии Феогнида (№ 42). В них нашли яркое отражение и обострение классовой борьбы и бессильная злоба побежденного аристократа, который осознал*; что «К гибели, к воронам все наше дело идет!»
Характер ранней тирании, ее неустойчивость из-за необходимости лавирования между богатыми и неимущими и конечная ориентировка на массу демоса- отмечены Аристотелем (№ 43).
Последний документ раздела № 44, Гортинские законы, для проработки . в средней школе труден.
(В настоящий раздел не включены источники по истории архаической Спарты, Аттики и греческих колоний северного Причерноморья, которые составляют особые V, VI и XI разделы хрестоматии.)