Полинезийские Колумбы

И все же азиатские мореходы пересекали в древности величайший океан нашей планеты и побывали на западном побережье Южной Америки задолго до первых европейцев. Это были полинезийцы — «викинги* Тихого океана, или полинезийские Колумбы...

Известный франко-новозеландский путешественник и исследователь XX в. Э. Бишоп большую часть своей жизни посвятил изучению Тихого океана, избороздив его вдоль и поперек. Он даже умер в открытом океане на плоту «Таити-Нуи II* на обратном пути из Перу в возрасте 70 лет.

Именно Э. Бишоп обосновал увлекательную гипотезу прямого потомка полинезийских мореплавателей новозелан­дского ученого П. Бака (более известного под именем Те Ранги Хироа) о том, что полинезийцы, осваивая Тихий океан, добирались и до берегов Америки.

«Это были,— писал он,— своего рода люди- амфибии. Уникальное явление во всей истории человечества. Достаточно прочесть несколько легенд и мифов Полинезии и сразу понимаешь, что их герои живут в особой природной среде. Они ведут борьбу не со сказочными земными суще­ствами, а с гигантскими акулами и морскими черепахами, с кровожадными угрями и огромной тридакной, которая проглатывала целые суда со всем экипажем*.

Цит. по: Куиличи Ф. Океан. М., 1976. С. 25—26.

Своими плаваниями на бамбуковых плотах, построенных по типу плотов туземцев Полинезии, Э. Бишоп не только доказал возможность дальних морских походов древних полинезийцев, но и определил наиболее вероятные марш­руты их плаваний:

«Они спускались к югу примерно на 40°, в район, где обычно дуют сильные западные ветры и проходит одноименное течение, и когда они находились уже в непос­редственной близости от Южной Америки, их подхватывало быстрое Перуанское течение и несло прямо к берегам Перу. Отсюда они могли легко вернуться морем в Полинезию. Их верными помощниками были южные пассаты и Южное Пассатное течение».

Куиличи Ф.

Можно привести и другие любопытные сведения о кон­тактах полинезийцев с жителями Южной Америки: мифы, устные народные предания, данные археологии, ботаники и др.

На Маркизских островах существует легенда об огромной двойной лодке «Кахуа», которую построили люди племени наики с острова Хива-Оа. Две ее части (в виде отдельных лодок) соединялись дощатой платформой, на которой стоял навес из пальмовых листьев для хранения пищи. По пре­данию, это судно долго плыло на восток, пока не пристало к берегу страны, названной полинезийцами Те-Фити. Един­ственной сушей к востоку от Маркизских островов были только Эквадор или Перу. Значит, речь могла идти о по-

Современная модель двойной ладьи с острова Фиджи

сещении полинезийцами Южной Америки? Какое-то время полинезийские моряки пробыли на новой земле, потом, оставив часть своих людей у туземцев, вернулись на Хива- Оа.

Очень похожее предание бытует и у жителей острова Раротонга. Оно гласит, что с острова Раиатеа (один из Островов Общества) отправилась на восток большая морская экспедиция во главе с вождем Мауи Марумамао. Ладьи полинезийцев прошли мимо острова Пасхи и долго плыли на восток, прежде чем достигли «страны горных хребтов». (Возможно, речь идет о тянущихся вдоль западного побе­режья Южной Америки Андах?) Вскоре экспедиция повер­нула обратно — на запад, в Полинезию. Может быть, ко­му-то из путешественников посчастливилось вернуться до­мой и он поведал соплеменникам о своих приключениях... Так и родилась эта легенда о далекой заморской горной стране.

В доказательство существования контактов полинезий­цев с населением Южной Америки в доколумбову эпоху нередко приводят археологические материалы, достовер­ность которых подчас вызывает сомнения. Чаще всего упо­минаются якобы найденные на южноамериканском побе­режье океанийские (с островов Океании) боевые палицы — пату и каменные полинезийские орудия для обработки дерева — тесла, очень похожие на найденные в Чили и Аргентине.

Одним из ботанических свидетельств этих контактов мог быть перуанский сладкий картофель — кумар, известный и в Полинезии под этим же названием. Его родиной были горные районы Перу и Боливии. Долго держаться на по­верхности воды клубни сладкого картофеля не могут — они просто тонут... Значит, он был занесен в Полинезию людьми, пересекшими Тихий океан?

Вполне очевидно, что еще до Колумба отважные по­линезийские мореходы пересекали величайший океан пла­неты и высаживались на южноамериканском побережье. Но

маловероятно, чтобы такие контакты оказали серьезное вли­яние на развитие культуры как аборигенов Южной Амери­ки, так и жителей Полинезии.

Вскоре после окончания второй мировой войны возмож­ность плавания через Тихий океан решил доказать тогда еще молодой и никому неизвестный норвежец Т. Хейердал. Он предложил свой маршрут: с западного побережья Южной Америки (из Перу) на восток, в сторону Полинезии. Ему предстояло совершить многомильный переход на бальзовом плоту от берегов Перу до островов Восточной Полинезии. Рискованная затея обсуждалась почти всеми специалистами: опыты показывали, что сухая и легкая бальзовая древесина быстро впитывает морскую воду и разбухает, поэтому такой плот должен был развалиться вскоре после начала плавания.

И все-таки 8 апреля 1947 г. бальзовый плот «Кон-Тики» вышел из бухты Кальяо в открытый океан... Произошло чудо — три месяца и девять дней его носило по бушующему Тихому океану и наконец прибило к одному из островков архипелага Туамоту (Полинезия). Затевая это рискованное путешествие, Т. Хейердал надеялся испытать возможности и свойства плота инков (как он считал), его пригодность к плаванию в море и грузоподъемность и выяснить, удастся ли благополучно переплыть по воле стихий океан и добрать­ся до Полинезии.

Удалось! Казалось, подтвердив отличные мореходные ка­чества бальзовых плотов древних перуанцев и проплыв океанским маршрутом от южноамериканского побережья на запад, к островам Океании, Т. Хейердал доказал воз­можность далеких морских плаваний индейцев Эквадора и Перу и их контактов с жителями островов Полинезии. Однако многие авторитетные ученые отнюдь не спешат соглашаться с норвежским путешественником — плавание Т. Хейердала показало, каким образом мореходы могли пересекать океан в древности, но абсолютно не доказало, что такие путешествия случались на самом деле.

Жители прибрежных районов Эквадора, Перу и Чили не были новичками в мореплавании. Об этом свидетельст­вуют сообщения первых испанских завоевателей, видевших у местных индейцев огромные бальзовые плоты с парусами и сложной рулевой системой. По некоторым данным, древ­

ние перуанцы плавали вдоль тихоокеанского побережья Юж­ной Америки: на одном из прибрежных эквадорских ост­ровков обнаружены следы пребывания инков (вернее, их торговцев). Очевидно, сюда же в конце XV в. совершил свое знаменитое паломничество (о нем упоминается в испанских хрониках времен конкисты) и «император* инков — леген­дарный Тупак Юпанки. Однако это не может служить под­тверждением регулярного посещения древними перуанцами, начиная с VIII—IX вв., Галапагосских островов и тем более их далеких путешествий через просторы Тихого океана. Скорее всего, на далекие путешествия по океанским про­сторам индейцы не решались. А найденная на Галапагоссах якобы древнеперуанская керамика недавно датирована уче­ными колониальным временем. Доказательства же плава­ний индейцев к острову Пасхи, по мнению многих иссле­дователей, и вовсе неубедительны...

* * *

Таким образом, впервые человек оказался в Америке очень давно, примерно около 25—30 тыс. лет назад, когда племена азиатских охотников и собирателей, воспользовав­шись естественным сухопутным «мостом* между двумя кон­тинентами в районе Берингова пролива, первыми ступили на неведомую землю Западного полушария.

Безусловно, нельзя отрицать существование единичных доколумбовых трансокеанских (как через Атлантику, так и через Тихий океан) контактов между Америкой и Старым Светом, причем как с одной, так и с другой стороны. Но следует учесть, что в каждом конкретном случае необходимо тщательно анализировать вещественные доказательства этих контактов и определять степень их влияния на местных жителей.

Известны факты доколумбовых контактов народов двух континентов в некоторых районах Нового Света: в Мексике и на побережье Венесуэлы (римские находки), на восточном побережье Северной Америки (колония викингов), «встречи* полинезийцев с некоторыми народами запада Южной Аме­рики и др. Американский континент посещали «путешест­венники* из различных точек Старого Света (по времени —

не ранее рубежа новой эры), но эти визиты носили случай­ный и нерегулярный характер, поэтому они не оказали существенного влияния ни на происхождение и развитие древних цивилизаций Нового Света (в Мексике и Перу), ни на знания древних географов и ученых Старого Света. Ведь распространить через океаны влияние незнакомых культур и цивилизаций с помощью одиночных кораблей невозможно! Тем более что в Месопотамии и Египте циви­лизации возникли уже в конце 4-го тысячелетия до н. э., а в Мексике и Перу лишь на рубеже новой эры. А сходные черты культуры и искусства Старого и Нового Света следует объяснять скорее сходством хозяйственных и политических форм древневосточного и древнеиндейского обществ.

Все новые и новые археологические данные подтверж­дают, что местные культуры в наиболее развитых областях доколумбовой Америки — Мексике и Перу развивались са­мостоятельно от возникновения до испанского завоевания.

И последнее: не исключено, что случайных посещений Нового Света было гораздо больше, чем мы предполагаем. Но, к сожалению, мы о них либо никогда уже не узнаем, либо еще не знаем. Тем не менее уже сейчас очевидно, что ощутимое взаимовлияние двух миров, Старого и Нового Света, началось лишь в 1492 г.