СТРУКТУРА ОБЩЕСТВА. ПРОЦЕСС РАССЛОЕНИЯ
Одновременно ослабление пресса поборов и податей вело к активизации частной инициации на местах. Этот процесс слабо отражен в докумен тах эпохи Среднего царства, в которых наиболк шее внимание уделяется, естественно, внешне 'X лее очевидным проявлениям государственной жизни.
Однако многие, в том числе и косвенны» свидетельства той же эпохи позволяют говорить I развитии мелких самостоятельных хозяйств. I In пример, два договора номарха с местными Ж]х цами гарантируют служителям кулъис что свои долю в храмовое хозяйство обязан будет внеси ∣«всякий его земледелец из начатков поля своего* Этим самым не только подтверждается наличмі прослойки свободных землепашцев в Египте, н« и частично характеризуется наметившееся измі нение в статусе «царских людей» в период Ср(л него царства. «Царскими» их называют скорм и традиции, чем по реальному положению в обцц стве. Работы, ранее поручавшиеся им, выполняю, на землях фараона многочисленные рабы, мені ше «царские люди» платят и централизовании · податей. Термин «царские люди» становится ιu более нарицательным и уже не отражает в період Среднего и Нового царств положения κaτtι∣ι рии населения, которую он обозначает. Исходи»’ · термина, логично было бы предположить, 41"жизнью и имуществом «царских людей» мо г ■· ∣распоряжаться только фараон, однако в перін XII династии это не совсем так. Уже упомяну и н договоры номарха, где правитель области гарне тирует поступление поборов в храмовое хозяЛ і во от свободных землепашцев, и то, что «царе ι∙ 1»
Рис. 500. Мастерская по выделке кожи.
штабам с владениями государственных сановников высокого ранга.
Сам факт повсеместного распространения системы найма «царских людей* свидетельствует
Рис. 501. Статуя Аменеихета III.
Рис. 502. Запись писцами дома неплательщиков натуральных податей.
Рис. 504. План города периода Среднего царства (у современной деревушки Эль-Лахун).
о наличии в Египте Среднего царства многочисленной прослойки мелких землевладений. Кроме того, термин частично изменяет свою сущность. Видимо, за этим скрываются определенные перемены в хозяйствовании египтян. Первоначально, очевидно, возделывание крохотных участков становится характерным для жителей сельских поселений. В долине Нила времен установления власти XII династии это явилось результатом разукрупнения громадных царских поместий и высвобождения от работ в них множества «царских людей». В итоге последние наделяются землей с правом обработки участков на условиях уплаты определенных налогов и выполнения ряда повинностей, в том числе и военной. Такова, если можно так выразиться, предыстория эволюционирования системы мелкого землевладения в период укрепления власти XII династии. Перспективы развития при этом, если исходить из потребностей сложившегося в Египте хозяйственного механизма, очевидны: следовало ожидать переориентировки «царских людей» на обеспечение нужд владельца мелких поместий и (частично) ремесел. С течением времени подобная тенденция неизбежно вела к тому, что государство передоверяет владельцам поместий и начальникам над ремесленниками сбор налогов (в некоторой степени) с «царских людей» и обеспечение их тем, что они не могут самостоятельно произвести на своих участках (практически полностью).
Неизбежным в условиях дифференцированной оплаты труда «царских людей» следует считать проявле ние через некоторый промежуток времени расслоения в их среде Действительно, прежде равноправные члены сельской общины в Египте Среднего царства таковыми уже не являются, источники с середины XII династии упоминают о появлении отдельных зажиточных домов «царских людей» в сельской местности, в хозяйстве некоторых из них работают даже рабы. В горонашла неожиданное отражение в попытках проследить судьбу непослушного ученика, склонного к совершению побегов от наставника. Каждый раз в произведениях жизнь сурово обходилась с ослушником, однако, несомненно, побеги юношей были распространенным явлением в Египте. Шанс изменить свою судьбу был прежде всего у тех из них, кто уходил в лагеря новобранцев. Видимо, подобные попытки если и не поощрялись, то и не наказывались излишне строго. Не случайно с этого времени писцы — весьма привилегированная каста в Египте — начинают толковать в своих поучениях о сложностях и опасностях профессии военного, надеясь, видимо, отвратить молодых писцов от побегов в лагеря новобранцев. В среде военных возможности выдвинуться во времена XII династии, ведущей почти беспрерывные войны, были, очевидно, на порядок выше. Удачливый воин почти всегда становился военачальником, а вот ремесленник только изредка
мог быть назначен на государственный пост «начальника над рем сс?∣l'∣ішатуяСенусертаІ. Известняк.
Рис. 509. Фаюмский оазис. Ule∂em — древнеегипетское название, Крокодилополь — древнегреческое, Мединет-злъ-Фаюм — современное.
лицы располагались благодатные земли Фаюм- ского оазиса, обладание которыми некогда способствовало возвышению гераклеопольских номархов. Фараоны XII династии громадное внимание уделяли освоению этих земель, по сути своей фамильной вотчины, основы внутреннего могущества рода. За короткий срок Фаюм был превращен в богатый, процветающий край путем осушки и ирригации плодородных земель.
Благодаря удачному выбору нового места для столицы фараоны династии смогли взять под свой непосредственный контроль важнейшие торговые пути внутри страны, тем самым еще более укрепив свои позиции. Однако все это лишь частично могло дать гарантии беспрекословного подчинения номархов долины Нила своему фараону. Основным условием укрепления царской власти при XII династии могла быть только победоносность войн с соседями, принуждавшая смиряться склонных к неповиновению местных властителей. Не случайно Аменемхет 1 и его преемники ведут практически беспрерывную череду завоевательных кампаний. Аменемхет I снаряжал походы в Нубию, Ливию и пограничные азиатские области, вел борьбу за подчинение местных правителей- номархов. На юге успехи этого воинственного фараона были значительны и вылились в подчинение ряда областей Эфиопии, богатых золотыми и медными рудниками. Однако последние годы правления Аменемхета 1 весьма показательны: в качестве его соправителя выступает сын Сенусерт I. Выше уже говорилось о гипертрофированном значении личностного начала в системе государственного
В годы правления Сенусерта III страна буквально переполнилась трофеями и невольниками. При существующей системе распределения богатств между практически самостоятельными номархами, выделявшими фараону (в этом случае фактически выступавшему в роли военного вождя) отряды воинов и соответственно претендовавшими на часть добычи, доля номархов стала опасно большой.
Она позволяла местным правителям не только вести поистине царский образ жизни (гробницы номархов при Сенусерте III были богаче гробниц предшественников), но и укрепляли в мысли о возможности независимого правления.При предшественниках Сенусерта III право назначать и смещать своих номархов было выполнимо фараонами хоть в какой-то степени: известен случай, когда для возведения в сан номарха одного из царских любимцев были изменены традиционные границы областей и была выделена новая: источники упоминают о снятии за своеволие и злоупотребления отдельных местных правителей. Наряду с этим существовали, конечно, и обратные примеры «непотопляемости» отдельных, сравнимых по богатству и силе с фараоном, номархов: в таких родах власть передавалась по наследству, и царю оставалось только утвердить уже вступившего на должность наследника. По- прежнему некоторые номархи вели собственное летосчисление и возводили свои роды к какому- либо из местных божеств: при браках номархи считали себя вправе отдавать за невестой или выделять сыну районы «собственных» номов. Одна-
Рис. 510. Пиршество у царицы.
Рис. 511. Сенусерт І. Известиях.
немхета III складываются и силы, на которые он мог опереться в борьбе со своеволием номархов. Анализ экономической структуры египетского общества периода Среднего царства показывает, что заинтересованность в сохранении сильной фараонской власти проявляли (в той или иной степени) практически все слои населения страны. Точно так же, как раньше, большая часть египтян активно положительно или пассивно — доброжелательно относилась к процессу централизации страны, но, несмотря на это, Переходный период растянулся практически на два столетия.
Так и теперь любой сильный (подчеркнем — сильный) фараон мог рассчитывать на общественную поддержку устремлений по усилению своей власти. Чем сильнее был фараон, тем большими были его успехи. Аменемхет III, несомненно, был сильным фараоном, и его поддержали не только торговцы, ремесленники, простые воины (что, в об- щем-то, не удивляет), но частично и сами номархи, и вечно бурлящая в интригах придворная знать. Годы практически самостоятельного правления номархов при Сенусерте III не только приучили местных властителей к полуцарскому существованию, но и подтолкнули к поискам путей достижения практически полной независимости от центра. Одновременно властители номов (и в первую очередь те из них, кто не чувствовал себя достаточно уверенно из-за скудности своей области или, наоборот, — излишнего могущества соседа) столкнулись с оборотной стороной процесса сепаратизации отдельных районов некогда единой страны. Гробницы номархов действительно стали пышней, чем их строили раньше, но и возводить их доводилось чаще И без того небезопасное существование военного предводителя, практически полжизни проводившего в походах на окружающие долину Нила земли, за годы правления Сенусерта III стало рискованным вдвойне. Резко усилились междоусобные конфликты в Египте, на фресках того периода запечатлено, что все чаще египтянам приходилось сражаться с египтянами, а совсем не с. племенами соседей. Обычай номархов путешествовать с охраной, не бывший лишним уже при XI династии фараонов, при Сенусерте III стал жизненно необходим для правителя области Те, кто на примере предшественника почувствовал невозможность силами во-
Рис. 512. Статуя Сенусерта III.
инов своего нома обеспечить собственную бе «і пасность перед лицом более мощных соседей, η держания рабы становились все более взрыв! опасной силой. Подавление мятежей номарха*'" стало в Египте обычным делом, причем склонні ι ми к неповиновению все чаще оказывались ні только невольники. Уже при Сенусерте I однг номарх вынужден был на первый план в свої »'прославлении выдвинуть следующие достоинств · «Я, устраняющий гордость из высокомерного, ιι ставляющий умолкнуть велеречивого так, что он уже не говорит. Я, наказывающий тысячи мяте ι∙ ников, любовь области оюей, ярый сердцем ирн виде всякого преступника. Я, прогоняющий гр і бителя из области своей..>. Высказывание хари терно глубиной понимания оратором сущнос ιι∣процесса децентрализации страны: помимо вечж· готовых к бунту невольников, «мятежником» III мере накопления богатств склонен был стане виться всякий более или менее могущественны!' египетский землевладелец. Чем более плодорол ным и изобильным был край, чем больший ОТрП снаряжался от него в поход и, следовательно, чгм обильнее была доля нома при разделе добыч!» тем больше в области становилось людей, non и циально готовых к мятежу и смуте Процесс р.ь пада не остановили бы административные граки цы номов, в каждом округе при распаде Египы неизбежно появились бы центры сепаратизм I, н чальника казны Аменемхета III: «Дает он (царь) пищу тем, кто в сопровождении его, питает он следующего по пути его: пища — это царь, избыток — это уста его». В условиях развития товарно- денежных отношений это высказывание не стоит, конечно, понимать буквально, но метафорически положение придворного египетских фараонов эпохи Среднего царства здесь выражено достаточно ярко. От усиления власти царя неродовитые придворные только выигрывали, и фараоны могли опереться на них в борьбе с провинциальной властью.
Частично поддержку усилиям фараона начинают при Аменемхете III оказывать и родовитые столичные придворные. В их повелении можно заметить несколько иные, чем у незнатных государственных чиновников, мотивы. Столичная знать не очень была обеспокоена прямыми последствиями усиления египетских номархов: сокращением доходов царской казны и невозможностью для придворного чиновника получить
А
Рис. 514. Бюст Аменемхета III. Me∂t>.
вожделенный титул номарха. Но зато косвенно неудобства сложившейся системы всеобщей подозрительности и недоверия даже самые родовитые из них вскоре почувствовали на себе. В силусвоего происхождения они привыкли оказывать влияние на фараона и чувствовать себя при этом в полной безопасности. Однако при XII династии ситуация изменилась, фараоны все чаще стремятся окружить себя мощным заслоном всецело преданных людей, особым войском, подчиненным непосредственно фараону. Источники Среднего царства называют этих людей «провожатыми властителя», хотя сами «провожатые» в своих надписях предпочитают именовать себя царскими телохранителями. В условиях смуты «провожатые властителя» резко усиливали свое влияние при дворе, подминая под себя иногда даже родовитую столичную знать. Иной неродовитый телодолжностным лицом высокого ранга, которого фараон волен назначать или снимать, лишается материальной основы своей самостоятельности, земельных пожалований и прав собирать налоги на подати с «царских людей». Этим была достигнута концентрация сил и средств в руках государства, что позволило при Аменсмхете III создать сооружения, сопоставимые с грандиозными памятниками эпохи Древнего царства. Например, «Лабиринт» у Фаюмского оазиса, обилие помещений в котором объясняется наличием особого святилища для каждого из местных «номовых» богов. Объединение культов Египта под одной крышей должно было символизировать нерушимость страны.
І І ккторалъ с изображением сцены триумфа фараона Аменемхета 111. Золото.
Собранный твердой рукой Египет в годы правления Аменемхета III действительно казался монолитом, способным перенести любые испытания. Пышный двор, подчинившиеся центру провинции, покорные соседи... Действительность, однако, оказалась не столь лучезарной. После Аменемхета III власть фараонов XII династии начала клониться к упадку. На престоле быстро промелькнули Аменемхет IV и его сестра Нефру- себек, после чего династия пресеклась. Грандиозные перемены, задуманные и частично осуществленные Аменемхетом III, оказались не по плечу его преемникам. Ведь изменив положение номархов в стране, фараон-реформатор тем самым, по сути, перешел на новый принцип управления страной, ее хозяйством и армией (причем в этой триаде в условиях Египта Среднего царства важнейшей частью, возможно, была именно армия). Изначальная система организации походов, когда под начало фараона стекались отряды номархов и объединенное войско отправлялось на земли соседей, стала опасной из-за роста амбициозности правителей областей. Положение необходимо было менять. Аменемхет III, отобрав у своих номархов самостоятельность, естественно, вынужден был отнять у них право распоряжаться в полной мере подчиненными им вооруженными отрядами. Заботы снаряжения боеспособной и многочисленной армии поэтому легли на плечи центральной власти. При деятельном и талантливом фараоне система продолжала функционировать бесперебойно, и соседи Аменемхета III, пожалуй, не ощутили ослабления ударов египетских войск как следствия затеянной военной реформы. Поэтому экономика Египта продолжала процветать, все дальше и дальше опасно выбирая зону своего экстенсивного развития. Но наследники Аменемхета III нужными для государственного деятеля качествами, увы, не обладали, и система развалилась даже быстрее, чем если бы египтяне по-прежнему собирались в походы по старинке под руководством своих номархов. Впрочем, в этом случае, вероятно, уже Аменемхету III не удалось бы удержать в своих руках верховную власть в стране.
Подобный ракурс рассмотрения событий позволяет ясней осознать превращение армии в Египте в важнейший фактор стабильного уст
