Первичная расовая дифференциация
При изучении и оценке гипотез полицентризма и моноцентризма я ограничился приведением существующих точек зрения, сопроводив их лишь краткими комментариями и высказав свое сочувственное отношение к полицентризму.
В принципе выбор между полицентризмом или моноцентризмом в проблеме происхождения современного человека предопределяет одновременно и выбор той или иной формы изначальной расовой дифференциации. Точка зрения автора аргументирована в книге «Географиячеловеческих рас», изданной в 1974 г., за ней последовали две статьи с уточнением отдельных положений [121]. Что касается первой формулировки этой точки зрения, то она была высказана в выступлении на симпозиуме по теме «Факторы расообразования, методы расового анализа, принципы расовых классификаций», организованном в рамках VII Международного конгресса антропологических и этнографических наук в августе 1964 г. в Москве. Нет смысла повторять в развернутом виде приведенную аргументацию, целесообразно ограничиться краткими замечаниями общего характера.
Вопрос о возможности группировки трех больших рас — монголоидов, негроидов и европеоидов — в более общие и крупные категории является одним из традиционных вопросов расоведения и восходит еще к работам Т. Гексли, предложившего в 1870 г. делить все современное человечество на две большие группы — светлокожую (монголоиды и европеоиды) и темнокожую (негроиды и австралоиды). Во второй четверти нашего столетия англичанин А. Кизе и итальянец Р. Биасутти привели дополнительные, хотя и не полностью убедительные, аргументы в пользу такого деления. Одновременно с ними в 1941 г. Я. Я. Рогинский предложил иную группировку — объединение европеоидов с негроидами и отдельное выделение монголоидов, что позже было поддержано Г. Ф. Дебецом. Все эти схемы оставались достаточно умозрительными и лишенными конкретного содержания до тех пор, пока Я.
Я. Рогинский позже не привел достаточно убедительных данных в пользу разной возрастной динамики расовых признаков трех больших рас: у европеоидов и негроидов выраженность расовых признаков усиливается с возрастом, тогда как у монголоидов она ослабляется. Как бы ни были ограничены возможности перенесения на внутривидовую микроэволюционную динамику закона Дарвина — Бэра — Геккеля — Мюллера о повторении филогенетических возможностей в онтогенетическом развитии, но отмеченное отличие монголоидов от представителей двух других рас не может не наводить на мысль о специфическом пути формирования монголоидной расы. На этом основании синхронная схема выделения двух общностей в составе современного человечества была объединена с диахронным генетическим подходом, отраженным в идее очагов расообразования. Западный первичный очаг, расположенный в Передней Азии, возможно охватывающий восточное Средиземноморье, Среднюю и Южную Азию, дал начало европеоидам и негроидам, позже из этого очага переселились на восток тропического пояса австралоиды. Восточный первичный очаг былрасположен в Восточной Азии и дал начало азиатским монголоидам и американоидам. Время формирования первичных очагов отнесено к среднему и даже частично нижнему палеолиту, и поэтому гипотеза представляет собой вариант полицентризма в форме дицентризма. Совмещение идеи очагов с имеющимися представле- ниями о различиях и сходстве современных расовых группировок человечества позволило перейти от первичных очагов расообразо- вания к очагам следующих уровней — вторичным, третичным, четвертичным и т. д.— и построить систему их иерархического соподчинения.
Характер дискуссии между моноцентрическим и полицентрическим подходом к происхождению современного человека и его рас целиком и полностью определяется состоянием фактических данных, количество которых остается недостаточным, почему и все предложенные до сих пор варианты гипотез полицентризма и моноцентризма нужно считать лишь первым приближением к истине.
Я. Я. Рогинский, например, защищая разработанную им гипотезу широкого моноцентризма от натиска критических замечаний и не укладывающихся в нее фактов, ввел много дополнительных соображений, выходящих за рамки первоначальных формулировок. Но при обсуждении тех трудностей, с которыми сталкивается гипотеза полицентризма, очень часто фигурирует одно теоретическое соображение, независимое от состояния фактических данных, а именно противоречие полицентрического подхода идее видового единства человечества. По моему глубокому убеждению, мы сталкиваемся в данном случае с простым недоразумением, проистекающим из неучета того обстоятельства, что формирование видового комплекса Homo sapiens и расовых комплексов охватывало разные комбинации признаков и поэтому могло идти параллельно на протяжении даже длительного отрезка времени. Территориальные вариации в строении Вертикального и горизонтального профиля лицевого скелета, микрорельефе внутренней поверхности резцов, некоторых других признаков никак не могли помешать формированию видового комплекса, выразившемуся, как мы помним, в перестройке мозга, повышении высоты черепа, редукции черепного, в первую очередь надбровного и затылочного, рельефа, наконец, образовании вполне современного по своим очертаниям подбородочного выступа. Коль скоро действовала тенденция образования современного вида человека на основе неандертальского вида, она охватывала многие популяции, различавшиеся во многих признаках, и подчиняла себе их эволюцию, придавая ей направленный характер перестройки морфологии на современный уровень под воздействием факторов, рассмотренных выше.