Искусство
В эпоху классообразования появились новые виды искусства, а искусство в целом стало дифференцироваться на элитарное и простонародное.
Возникла монументальная архитектура. Прототипом ее были известные уже в неолите мегалитические сооружения: монолиты-менгиры, их параллельные ряды — алиньеманы, составленные из них круги — кромлехи, вертикальные плиты, перекрытые горизонтально уложенными плитами, — дольмены.
Но это скорее была протоархитектура. Теперь наряду с ними появились циклопические или сырцовые укрепления, храмы, усыпальницы, которые, как это прослеживается в древних Месопотамии и Египте, прямо связаны с выделением крупных вождей. С вождями или выдающимися воинами по большей части связано и появление монументальной скульптуры — надгробных статуй.Выделение ремесла сопровождалось замечательным расцветом прикладного искусства, лучшие образцы которого создавались опять-таки для нужд вождей. Это были изукрашенная одежда, ювелирные изделия, дорогое оружие, домашняя утварь и т. п. Получили
Изображение пантеры
на скифской золотой бляхе из Калермесского кургана
распространение художественное литье, торевтика, тиснение, золочение металлических изделий, применение эмали, инкрустация драгоценными камнями, перламутром, костью, рогом, черепаховым щитом и т. д. Начальный этап художественной обработки металла отражен η искусно выкованных и гравированных тотемными знаками медных пластинах северо-западных индейцев, расцвет — в знаменитых скифских и сарматских изделиях, украшенных реалистическими или условными изображениями людей, животных, растений.
Устное творчество характеризуется рождением таких новых жанров, как героический эпос и панегирик, волшебная сказка. Героический эпос уходит корнями еще в первобытную мифологию с ее деяниями культурных героев, но в основном отражает обстановку нескончаемых войн, культ воинской доблести и славы.
Таково основное содержание всех наиболее знаменитых из дошедших до нас героико-эпических произведений — древневавилонских сказаний о Гильгамеше Рамаяне, эпического раздела Пятикнижия и бедуинских преданий об Ангаре, Илиады и Одиссеи, Эдды и ирландских саг, богатырских поэм тюрко-монгольских кочевников и нартских сказаний кавказских горцев. «Малым жанром» прославления был панегирик, восхвалявший богов, вождей, великих воинов, почетных гостей и т. п. а также, в соответствии с практикой эпохи классооб- разования, часто адресованных вождями к самим себе во время их публичных выступлений. На долю простого народа оставались попытка самоутверждения и мечта о восстановлении социальной спрг ведливости в волшебной сказке. Ее сюжетная основа — повествование о простом, обычно обездоленном и гонимом человеке, которому, однако, с помощью волшебных сил удается преодолеть все трудности и получить заслуженную награду. У меланезийцев, североамериканских индейцев и сибирских палеоазиатов этот человек предстает в образе «бедного сиротки», страдающего от несправедливости социальной верхушки, но затем неизменно торжествующего. Таким образом, если в героическом эпосе преобладает аристократическая оценка процессов эпохи классообразования, то в волшебной сказке ей противостоит народная оценка этих процессов.Религия
Процессы превращения первобытного общества в классовое получали отражение в адекватных им формах религиозных представлений и культов. С более заметным, чем прежде, выделением и самоутверждением личности развилась вера в личных покровителей, чаще всего известная как нагуализм. С переходом к патриархату возникли представления о семейных, патронимических и родовых мужских
предках-покровителях, ставших объектом почитания. В некоторых обществах, сохранивших материнско-родовую организацию, в частности у микронезийцев и кхаси, развился аналогичный культ женских предков. С распространением земледелия и скотоводства утвердились присущие уже первобытной соседской общине культы плодородия.
Для них характерны эротические обряды и человеческие жертвоприношения, символизирующие передачу земле половой потенции человека, а также связанные с земледельческим циклом образы умирающих и воскресающих духов. Отсюда ведут начало многие боги древнего мира — египетский Осирис и вавилонский Думузи, финикийский Адонис и фракийско-греческий Дионис; отсюда же — центральный в христианстве образ Христа. С усилением племенной организации и образованием объединений племен получил распространение культ племенных покровителей, в которых соединились черты культурных героев, олицетворенных явлений природы, духов инициации, духов-воителей и т. д.Особенно специфичны для эпохи классообразования культ духов мужских или тайных союзов и культ племенных вождей. Первые мыслились в виде предков, помогающих членам союза и страшных для всех остальных. Вторые, если это были харизматические, сакральные вожди, становились объектом поклонения уже при жизни. В них видели носителей благополучия племени, способных, повелевать явлениями природы, обеспечивать урожай, приплод скота, военный успех. Они же обеспечивали социальную гармонию, табуируя собственность и освящая кастовое или другое неравенство. После смерти они становились духами, продолжающими помогать племени, но прежде всего своим потомкам и наследникам. Культ сакраль- ных вождей непосредственно переходил в культ таких священных правителей, как древнеегипетские фараоны, но пока еще бывало, что вождя, не оправдавшего ожиданий или с наступлением старости утратившего свою благодать, смещали или убивали.
Как и сама эпоха классообразования, свойственные ей религиозные представления и культы были эклектичны. Они смешивались между собой, образуя почитание одновременно семейно-родовых и племенных покровителей, аграрных и космических духов, устрашающих духов тайных союзов и окруженных священным ореолом вождей. Но постепенно возникала иерархия объектов культа от обычных духов до нескольких особенно могущественных божеств и поклонение этим божествам — политеизм.
Божества — космические, природных явлений, плодородия, войны и другие — также образовывали определенную иерархию, во главе которой с развитием военной активности часто становилось божество войны.
С развитием и усложнением культа выделялась особая категория его служителей жрецов. Если некогда культовые способности в принципе признавались за всеми или по крайней мере за многими членами коллектива и соответствующие функции обычно выполнялись лидерами лишь как его представителями, то теперь эти способности приписывались лишь определенным ли
Человеческое жертвоприношение в древней Мексике
цам, считавшимся обладателями сильных предков-покровителей, чудесных качеств, тайных знаний и т. п. В связи с этим даже получила развитие особая форма религии — шаманизм, состоящая в выделении определенных лиц — шаманов, которым приписывается способность путем приведения себя в состояние экстаза вступать в непосредственное общение с духами. Служители культа могли монополизировать не только религиозные функции, но и некоторые полезные знания, виды художественной деятельности, обучение молодежи, толкование обычаев, судопроизводство. В одних случаях их иерархию возглавлял вождь, становившийся главным жрецом, в других случаях они обосабливались и соперничали со светской властью. Однако в соответствии с общими тенденциями эпохи они всегда использовали свое положение для обогащения, смыкались с другими слоями социальной верхушки и обращали религию в орудие утешения и устрашения простого народа, бедноты, рабов. Религиозная практика того времени настолько способствовала процессу политогенеза, что в литературе даже получила широкое хождение теория сакрального происхождения государства. В действительности, как мы видели, сакрализация власти была частым, но не единственно возможным оформлением этого процесса.
В эпоху классообразования религия впервые стала не только особым миропониманием, но и средством идеологического воздействия на эксплуатируемые массы.