Теоретические выводы о становлении локальных цивилизаций

Широко распространено отождествление бронзового века с ранне­классовой мировой цивилизацией — становлением классов, госу­дарства, права, социально-политической жизни, локальных цивили­заций.

Вывод первый: становление новой технологической базы — переход к металлическим орудиям труда — является необ­ходимым, но недостаточным условием для формирования раннеклассовой мировой цивилизации и локальных цивили­заций. Определяющими факторами такого перехода явля­ются радикальные перемены на экономическом и социаль­но-политическом «этажах» пирамиды цивилизации. Только тогда, когда утвердилась частная собственность с присущими ей системами распределения и обмена, когда возникли классовая структура общества и государственно-правовое регулирование со­циально-экономических отношений, только тогда есть основания для фиксирования факта возникновения раннеклассовой мировой цивилизации и первого поколения локальных цивилизаций. И если в эпицентре цивилизационного прогресса (в Древнем Египте, Дву­речье, долине Инда) эти процессы совпали с периодом перехода к бронзовому веку в конце 4-го — начале 3-го тыс. до н.э., то на периферии, в том числе и в Северном Причерноморье, формиро­вание и развитие бронзового века происходило в рамках неолити­ческой мировой цивилизации, включая энеолит и бронзовый век (с конца 4-го и до начала 1-го тыс. до н.э.), синхронно с использо­ванием металлических орудий в эпицентрах прогресса.

Отсюда следует вывод второй: в результате возрастающего диа­лога и взаимодействия племен и историко-культурных областей Древнего мира в Старом Свете (поскольку Новый Свет был практичес­ки исключен из этого процесса) технологическая база обществ развивалась более согласованно и синхронно, чем система экономических и социально-политических отношений.

Вывод третий. Обычно племена, этносы, народности, кото­рые еще не сформировали той или иной локальной цивилизации или не вошли в нее, считаются находящимися на доцивилиза- ционной, варварской ступени развития. Такой подход широко распространен в научной литературе. Одно из исследований Института истории материальной культуры РАН так и называет­ся — «Греки и варвары Северного Причерноморья в скифскую эпоху» [10]. Представители авангардной, процветающей греко­римской цивилизации второго поколения встретились в VII­VI вв. до н.э. с племенами, которые находились не на доцивилиза-

ционной стадии развития, а в рамках второй мировой цивилиза­ции — в условиях бронзового века. Оценка первобытных обществ как доцивилизационных справедлива лишь для тех, кто не про­шел через неолитическую революцию, аграрный переворот, жил в условиях естественного воспроизводства, еще не вступил, по выражению Элвина Тоффлера, в период первой волны в истории человечества: «До наступления первой волны перемен большинс­тво людей жило внутри небольших, часто мигрирующих групп, которые занимались собирательством, рыбной ловлей, охотой или скотоводством. В какой-то момент, примерно 10 тыс. лет назад, началась сельскохозяйственная революция, которая пос­тепенно распространилась по всей нашей планете и полностью изменила сельский образ жизни» [11. C. 38]. Стоило бы уточнить, что общины, занимавшиеся скотоводством, уже пережили сель­скохозяйственную революцию; позднее существовали кочевые протоцивилизации и локальные цивилизации, основу экономики которых составляло скотоводство (скифская, монгольская).

Вывод четвертый: мировые и локальные цивилизации имеют пространственно-временную динамику. Локальные цивилизации даже на авангардных территориях, наиболее приспо­собленных для их возникновения, начинали свой путь примерно на несколько тысячелетий позже, чем начался жизненный цикл неоли­тической цивилизации. А на периферии этот разрыв может быть и больше, как это наблюдалось в Северном Причерноморье (где, правда, и неолит в силу более суровых природно-климатических условий начинался позднее).

И если в эпицентре цивилизационного прогресса (в Древнем Египте, Двуречье, долине Инда) эти процессы совпали с периодом перехода к бронзовому веку в конце 4-го — начале 3-го тыс. до н.э., то на периферии, в том числе и в Северном Причерноморье, формирование и развитие бронзового века происходило в рамках неолитической мировой цивилизации, включая энеолит и бронзовый век (с конца 4-го до начала 1-го тыс. до н.э.), синхронно с использованием металлических орудий в эпицентрах прогресса.

Кубок из гробницы царицы-жрицы Пу-аби.

Ур. 2600-2400 гг. до н.э.

Если в долинах Нила, Инда, Тигра и Евфрата локальные цивилизации сформировались в период перехода к бронзовому веку, то в Северном Причерноморье и аналогичных с ним регионах бронзовый век — вторая мировая цивилизация — проходил в условиях, когда на этом пространстве еще не было локальных цивилизаций, не сформировались раннеклассовое общество, государство и право. И лишь на следующем витке цивилизационной спирали — с VII в. до н.э. — здесь появились форпосты античной цивилизации и собственная, скифская протоцивилизация.

цивилизации сформировались в период перехода к бронзовому веку, то в Северном Причерноморье и аналогичных с ним регионах бронзовый век — вторая мировая цивилизация — проходил в усло­виях, когда на этом пространстве еще не было локальных цивили­заций, не сформировались раннеклассовое общество, государство и право. И лишь на следующем витке цивилизационной спирали — с VII в. до н.э. — здесь появились форпосты античной цивилизации и собственная, скифская протоцивилизация. Значит, пространство мировой цивилизации значительно шире, чем пространство сово­купности адекватных ей локальных цивилизаций, и лишь в более поздние эпохи этот разрыв существенно сокращается.

Сделав эти необходимые теоретические выводы, перейдем к рассмотрению этапов распространения культур бронзового века (второй мировой цивилизации) в Северном Причерноморье и взаимодействия между населявшими это географическое про­странство племенами и этносами.

2.3.2.