Лидийцы, ликийцы, карийцы

В Восточной Турции в последние годы идут интенсив­ные раскопки города, который своим великолепием может соперничать с лучшими городами Древней Греции и Рима. Это Сарды, столица Лидийского государства, резиденция царя Креза, богатство которого вошло в поговорку.

были открыты богатые месторождения золота и введены в обращение монеты. С помощью звонкого золота лидий­ские правители смогли содержать большую армию наемни­ков. Но ни золото, ни наемные войска не помогли лидийцам противостоять натиску Персидской державы: в VI в. до н. э. правитель персов Кир захватил Сарды и покончил с Ли­дийским государством. С тех пор и вплоть до XX в. о Лидии почти ничего не было известно.

Раскопки в Сардах первоначально были начаты в 1910— 1913 гг., однако и сегодня археологам предстоит еще немало работы. Но загадки лидийского языка уже не существует: за короткий срок и на очень скудном материале ученым удалось расшифровать письмена лидийцев и проникнуть в их смысл. Язык подданных Креза оказался родственным языку хеттов и относится к упомянутой анатолийской груп­пе индоевропейских языков (это открытие сделал итальянец Пьеро Мериджи).

К этой же группе был отнесен после более чем столет­них исследований и язык Ликин, страны, расположенной на юго-западном побережье Малой Азии. Первоначально шли дискуссии о том, следует ли считать ликийский язык силь­но изменившимся индоевропейским, или же он должен быть отнесен к другой семье языков, например кавказской. И только после работ того же Мериджи чаша весов реши­тельно склонилась в пользу первого предположения, а «ана­толийская ветвь» пополнилась еще одним языком — линий с КИМ.

Долгое время оставались загадкой для исследователей письменность и язык каров, или карийцев, жителей юга Малой Азии.

карийского письма была особенно важна потому, что, со­гласно преданиям, именно карийцы были древнейшим насе­лением Эгейского мира. И лишь совсем недавно, в 60-х го­дах, молодому советскому лингвисту В. В. Шеворошкину удалось с помощью разработанной им оригинальной мето­дики дешифровать письмена карийцев.

Собственно говоря, дешифровка карийского письма не была главной задачей исследователя. Целью его работы было установление законов чередования гласных и согласных звуков в любом языке мира. Отрывок текста, записанный алфавитным письмом (при этом не важно, какой алфавит и какой язык исследуются), разделяется на отрезки по три буквы в каждом. Затем, сопоставляя «тройки» букв, можно разделить все алфавитные знаки на два класса: гласных и согласных.

Русский, хеттский, санскрит, греческий и другие языки мира были подвергнуты этой процедуре, и везде деление на гласные и согласные оказалось безошибочным. Но ведь эти языки хорошо известны исследователю. И тогда нача­лось изучение карийской письменности, о которой единст­венным сведением было то, что она алфавитная.

Самая большая карийская надпись (так называемая надпись из Кавна) была разделена на «тройки»; затем были выделены столбцы с одинаковыми знаками по краям и в середине и сопоставлены друг с другом. В результате сопо­ставления карийские знаки были разделены на «класс глас­ных» и «класс согласных». Вслед за этим начался второй этап дешифровки — отождествление букв того или иного класса со звуками.

Греческие тексты донесли до нас немало карийских имен. Подсчитав частоты употребления в этих именах той или иной буквы, передающей гласный звук, исследователю

удалось отождествить их с гласными буквами карийского алфавита, имеющими примерно такую же частоту. Отожде­ствление согласных было более трудным делом, во-первых, потому, что и число их превышает количество гласных, а во-вторых, потому, что в греческой транскрипции карийских имен согласные могли искажаться (чего нельзя сказать о гласных).

Чтение текстов стало возможным, но на каком языке они написаны? В ряде слов встречались сходные окончания — очевидно, это были грамматические формы. Как правило, на первом месте в предложении стоит существительное-под­лежащее, на втором — глагол-сказуемое. Было логично рас­пространить эту схему и на неизвестный карийский язык. Грамматические окончания разделились на падежные формы имен существительных и на формы спряжения глаголов.

И после этого разделения грамматических частиц сразу стало ясно сходство грамматики карийского языка с грам­матикой хеттского! Какое бы сильное влияние ни испытал язык, как бы сильно ни менялась лексика, его граммати­ческие формы никогда не заимствуются. Поэтому Шево­рошкин с полным правом мог считать, что карийский язык родствен хеттскому и также входит в анатолийскую ветвь индоевропейских языков. С этим выводом согласились и советские и зарубежные специалисты. И хотя содержание надписи из Кавна во многом еще неясно (известно только, что в ней прославляются некие люди за совершенные ими доблестные дела), принадлежность карийского языка к ин­доевропейской семье ни у кого не вызывает теперь со­мнений. \

Карийский язык был «последним из могикан» среди неизвестных языков Передней Азии. После дешифровки Шеворошкина стало ясно, что 3—4 тысячелетия назад тер­ритория древней Анатолии была заселена племенами, говорившими на индоевропейских языках. Легендарные троянцы, с которыми воевали греки, по всей видимости, говорили на языке, близком хеттскому. (Так, например, имя царя Приама толкуется по-хеттски как «Прийама» — «пер­вый, исключительный».)

Дешифровка карийского письма, установление законов языка карийцев позволяют перекинуть мост к берегам Гре­ции, ибо карийцы были связующим звеном между хеттами и близкими к ним народами и греками. Карийский язык позволяет провести интереснейшие параллели между анато­лийскими языками и языком, который до сих пор остается загадкой для исследователей, — языком этрусков,