Животные как символы власти

На всем протяжении истории определенные звери (помимо использования в геральдике) становились важными символами профанной и небесной власти в разных культурах. Самыми впечатляющими животными и птицами, в том числе мифологическими, имевшими множество символических значений, были орел, лев, дракон и феникс, которым приписывался ряд сверхъестественных свойств.

Орел, «царь птиц», символ небесной власти и боевитости, есть воплощение, посланник и субститут высших уранических божеств, небесного огня и солнечного сияния. Считается, что он способен смотреть на солнце и при этом не слепнуть. Его символическое значение настолько велико, что он всегда сопровождает или представляет высших божеств и величайших героев; таким он изображается в исторических и мифологических сочинениях. Он атрибут Зевса и Христа и эмблема власти Цезаря и Наполеона^[87].

В Северной Америке, Сибири, Японии, Китае, Африке атрибуты орла принимали шаманы, жрецы, прорицатели, но также короли и главные воины, которые надеялись обрести его силу. Североамериканские индейцы носили на головах орлиные перья, и по ним их отождествляли с орлами. Перья орла и свистки, сделанные из его костей, использовались в «солнечном танце»^[88]. Та же символика была свойственна ацтекам. В Японии Ками называли Орлом небесного солнца. В Сибири шаман после долгого танца, падал на землю, теряя сознание, и считалось, что орлы уносили его душу на небо^[89]. В древней Греции верили, что орлы, покидавшие край света, садились на вершине Омфала в Дельфах, откуда наблюдали солнце от восхода до заката. Согласно Пиндару,^[90]орлы спали на скипетре Зевса и объявляли его волю людям. Орел также играл важную роль при совершении прорицаний. Греческие и римские орлы (как германо-кельтские вороны) были посланниками высшей воли.

Орел - царская птица, небесный эквивалент льву на земле.

социального и духовного подъема, связи с небом, которое обеспечивает его максимальной властью и сохраняет ее на этом уровне. Орел - птица света и озарения. Будучи солнечной птицей, образом солнца, огня, высоты, глубины, воздуха, он также представляет царя как сына света. В западной традиции орел обладает силой омоложения. Он подставляет крылья солнцу и, когда они сияют, бросается в воду и тем обретает новую юность Прохождение сквозь огонь и воду также элемент обрядов инициации и действий алхимиков^[91].

Орел - покровитель и создатель. Кроме того, он первобытный символ Отца и всех образов, связанных с родством, а также символ грома и молнии, который, согласно некоторым исследователям, возникает из объединения символов культур различных типов: охотников и земледельцев. И как уже отмечалось выше, орел также часто выступает как геральдический символ на гербах и государственных эмблемах.

В мифологии многих азиатских народов дуализм неба и земли представлен оппозицией и борьбой змеи с орлом^[92]. В христианской мифологии орлы связывались с ангелами: полет орла обозначает попытку достичь высших сфер, а также символизирует многогранность, быстроту и гордость. Способность орла смотреть на солнце рассматривалась как символ прямого восприятия света и разума. Как символ созерцания он посвящен святому Иоанну. В некоторых произведениях средневекового искусства орел отождествляется с Иисусом Христом и выражает его вознесение и царственность. Это значение - перемещение римского символа Империи^[93]. Кроме того, он (как и феникс)- символ духовного возрождения. Средневековые мистики часто обращались к мотиву орла для изображения образа Господа. Они сравнивали свою молитву с крыльями орла, вознесенными навстречу свету.

Однако орел - многозначный символ, и он может также отождествляться с Антихристом, если преобладает негативный полюс его символики.

Двуглавый орел был хорошо известным символом у древних мексиканцев. В кодексе Нуттал он ассоциируется с божеством растительности, изображаясь вместе с раковинами и растениями^[94]. В древних цивилизациях Малой Азии двуглавый орел был

символом верховной власти^[95]. В шаманской традиции Центральной Азии он часто изображался сидящим на вершине колонны, представляющей собой мироздание, которая часто располагалась в центре селения. Вполне возможно, что это символ хеттского происхождения, в Средние Века возрожденный турками, заимствованный в эпоху крестовых походов европейцами и, наконец, ставший важным элементом в эмблемах русских и австрийских имперских войск^[96]. Удвоение головы не означает двоичности или многочисленности частей империи, но усиливает символику орла. Двуглавый орел репрезентировал власть, которая даже сильнее королевской: власть императора - царя царей.

Лев является универсальным символом верховной власти, владычества, солярных сил и света, воплощением силы, мудрости и справедливости, он может (как и орел) смотреть на солнце, и в его глазах сияет солнечный огонь. Будучи мужским символом Отца, власти, и господства, он также символ гордого правителя, который может злоупотребить своей властью и стать тираном^[97].

На протяжении истории все древние культуры мира приписывали своим правителям свойства льва - храбрость, силу, покровительство. Это мифическое обозначение можно встретить в Шумере и древней Персии, в египетской и африканских культурах, в Римской Империи, в Библии и в описаниях крестовых походов, как и в доисторических изобразительных мотивах пятитысячелетней давности. Кроме того, почти все высокие азиатские культуры (включая индийскую, китайскую, корейскую, японскую, юго-восточноазиатскую) и почти каждая азиатская религия (буддизм, индуизм, даосизм, синтоизм и пр.) обращались ко льву как к символу власти^[98].

Демонстрация умения сражаться со львом была высшим испытанием на лидерство, дававшим право быть монархом, хранителем земли и покровителем народа. Поэтому носить львиную шкуру или стоять на ней мог только царь. Лев символизировал мощь его власти.

С древности лев использовался в мифологическом языке разных религий. Иногда он сливался с другим существом в мифический образ, как, например, человеко-лев (египетский сфинкс) или орел-лев (шумерский имдугуд, ассирийский к'пуб, греческий грифон), или же льва наделяли божественной силой. Таковы были Немейский лев

(побежденный Гераклом), египетская львиноголовая богиня Сохмет, а также лев, повстречавший пророка Даниила в библейской притче^[99].

В доказательство важности льва как геральдического символа можно напомнить о построенных греками^[100] львиных вратах в Микенах (ок. 1250 г. до н.э.). А также о том, что в Индии великий царь-буддист Ашока (ок. 270-237 г. до н.э.) на важных перекрестках устанавливал колонны, увенчанные тремя львами, изображенных сидящими спина к спине на пьедестале в форме колеса с девизом: «Истина побеждает»^[101]. Подчеркивавшие силу веры Ашоки, эти львы могли символизировать канонический свод учения Будды, «тройное убежище»: Будда (Основатель или Просвещенный), дхарма (Закон) и сангха (Общество)^[102]. Более того, азиатские львы и львы Фу (львы-собаки) веками охраняли входы китайских, бирманских и японских гробниц и пагод, считаясь символами божественного покровительства. Таково было следствие древнего поверья, что лев спит с открытыми глазами и потому символизирует бдительность^[103].

Восхищение львиной мускулинной силой и храбростью послужило причиной тому, что он стал инсигнией римских легионов. Царь зверей считался также мудрым и справедливым, обладающим душевными силами, достойными его физических качеств. По этой причине египетские фараоны иногда запечатлевались как львы, а английские короли сделали льва своей эмблемой^[104].

Тогда как львиные мотивы повсеместно связывались с правителями империй, буддизм впервые использовал льва как религиозный знак. В буддизме льву приписывалась просвещенная мудрость Будды. Буддизм провозгласил, что учение Будды обладает силой отражать вездесущие силы невежества, которые, подобно стервятникам, разорвали бы смертное тело, будь оно оставлено без защиты. Так защита, обычно предоставляемая монархом, располагающим боевой удалью, перевоплотилась в силу дхармы Будды, побеждающей врагов мудрости и радости.

Независимо от связи между мотивами индийского буддизма шакья и более ранними религиозными воззрениями в Северо-Восточной Африке, важно отметить, что пирамидальные глифы (датируемые приблизительно 2200 г. до н.э.) изображают

египетского бога воскрешения Осириса полулежащим на львином ложе. Считалось что после смерти мумифицированные останки фараона приобретают бессмертие, слившись с Осирисом^{104 [105]}. Символизм шакьи также указывает на древнюю связь с мотивами льва, заимствованными из Шумера и Вавилона.

Шкура льва сделала его символом золота (называемого «подземным солнцем»). Поэтому от Персии до Рима лев был символом персидского бога Митры, которому поклонялись как «невидимому солнцу». В митраитских храмах одной из главных святынь был так называемый «львиноголовый бог». В митриаизме именно лев был четвертой степенью инициации^[106]. Помимо Митры, львиную голову имела также египетская богиня Сохмет. Как лев был символом мужественности, так львица являлась символом женственности и матери, которая будет отважно сражаться, защищая своих детенышей.

Лев, царь животного мира (как и любой правитель царства) был посвящен солнцу, чьи лучи символизировала его косматая грива. Молодые и старые львы часто изображались сидящими спина к спине, изображая восходящее и заходящее солнце, молодость и старость, будущее и прошлое.

Аллегории, подобные льву, открывающему тайную книгу, означают, что сила солнечного света высвобождает дух и распространяет духовную жизнь. Лев часто символизировал царя Соломона. Веками семейство кошачьих пользовалось особым почитанием. В различных мистериях, особенно египетских, жрецы носили шкуры тигров, львов, пантер, пум или леопардов. Геракл и Самсон (оба солярные символы) убивали льва из одноименного созвездия и облачались в его шкуру, показывая тем самым, что они представляют Солнце в высшей точке небосвода.

Китайский Бессмертный Чу-Шу был львом, который принял вид человека и сражался в войнах. Когда ему приказали вернуться в обличье, он превратился в гору Будды Вен Шу. Каменные львы также охраняли здания китайских судов^[108].

С приходом христианства лев (как и большинство солнечных символов) стал символом Христа, «светоча мира». В раннехристианской символике и средневековой

иконографии передняя часть льва представляла божественную природу Христа, а задняя олицетворяла его человеческую природу.

Шевалье и Геербрандт^[109]описывают несколько функций и ролей льва: Гита называет Кришну «львом среди созданий», Будда является «львом шакьи», а Христос обозначается как «лев Иудеи». Зять Мухаммеда - Али - почитаемый шиитами, считается львом Аллаха, и по этой причине старый флаг Ирана украшал коронованный лев. Псевдо- Дионисий Ареопагит объясняет, почему некоторые ангелы имеют львиные лица: это результат того, что львиный облик выражает власть и непреодолимую силу ментальной святости с ее все отвергающим, яростным и неуправляемым стремлением подражать величию Божьему.

Как символ справедливости, лев репрезентирует физическую и духовную силу. Многие божества изображались едущими или сидящими на льве; львы украшали трон Соломона, как и троны французских королей и средневековых епископов. Лев также - символ Христа как судьи, учителя, несущего свой свиток. В этом контексте лев - и широко известный символ святого Марка^[110].

Однако святой Иоанн Креститель заметил, что львиный «беспечный, свирепый аппетит» может считаться и символом высокомерной воли, неподконтрольной силы. Это связывает его с «горшкочревым львом», символом слепой жадности, которого попирает Шива. Эти качества льва ведут нас от него как символа Христа ко льву - символу Антихриста, что твердо обосновано в Писании. Рев и разверстые челюсти совершенно иначе разворачивают символику льва: он перестает быть светлым и солнечным и становится темным и хтоническим. В этом разрушительном облике лев становится сродни тем подземным божествам (крокодилу), которые во многих мифологиях заглатывают солнце в сумерках и изрыгают его на заре.

Тот же мотив (но с различными значениями) появляется в древнем Египте, где львы часто изображались парами, спина к спине, смотрящими один на Запад, другой - на Восток. Так они символизировали два горизонта и путь солнца с одного конца земли на другой. Наблюдая рождение и смерть дня, они стали изображать вчера и завтра. Поскольку подземное путешествие солнца ведет его от челюстей льва на Западе к челюстям льва на Востоке, где оно возрождается поутру, львы стали исключительно значимы для идеи омоложения солнца. Говоря более обобщенно, они символизировали возрождение силы, обеспеченное циклом дня и ночи, напряжения и отдыха^[111].

Большую роль играет лев и в символике народов Черной Африки. Бамбара, впечатленные его непринужденной силой, сделали льва символом божественного знания. Тем не менее народная мудрость, как и философия и мистицизм, была достаточно осведомлена о недостатках этой «непринужденной силы» льва, раз его могущество перестало восприниматься безоговорочно^[112].

На Востоке считалось, что львы защищают людей от демонов и зловредных влияний. В Японии львиные танцы (шишимаи) проводятся первого января и по другим праздникам. Они проходят перед синтоистскими святилищами, на улицах и даже в частных домах. Музыканты аккомпанируют танцорам, которые несут маски, изображающие львов. Точнее, один человек несет маску, а двое или трое покрывают себя покрывалом, изображающим тело. Львиная голова красная. Считается, что такой лев уносит прочь злых духов и приносит здоровье и богатство семьям, деревням и округам. Так, будучи изгнанным, заканчивается кошмарное видение, хтоническая символика переворачивается, и образ смерти становится залогом возрождения, жизни^[113].

Сходное явление наблюдается и в других культурных контекстах. Сезонное поедание львом быка тысячелетиями выражало фундаментальный дуализм дня и ночи, лета и зимы. Кроме того, лев символизирует не только возвращение солнца и восстановление космической и физической силы, но и возрождение.

Еще в средневековье люди верили, что львиные детеныши рождаются мертвыми и оживляются отцами, вдыхающими в них жизнь на третий день после рождения. Это поверье дополнительно поддерживало использование льва в качестве символа воскрешения в дохристианские времена. Львов помещали на гробницах как символ бдительности и надежды на личное возрождение. Позже воскрешенные детеныши стали изображать воскрешение Христа. Кроме того, в библейские времена львы также считались орудием Божьего наказания.

Таким образом, лев - сложный символ, который может воплощать (иногда одновременно) не только разнообразные положительные, но и некоторые отрицательные качества.

Дракон, одно из древнейших мифологических существ, присутствует в традициях очень многих культур, хотя его значение в них сильно различается. Он представлен множеством обличий, и местные традиции приписывают этим разновидностям мифологических чудовищ разнообразные атрибуты. В своей наиболее ранней форме дракон отождествляется с Великой Матерью, богиней воды и солнечным богом-воителем.

Поэтому он способен быть и благотворящим, и разрушающим; он считался всемогущим^[114]. По причине такой двойственности в египетской мифологии дракон мог брать на себя роль как Сета, так и Осириса.

В раннем Египте дракон выступал в виде разъяренной змеи, стремящейся уничтожить всех богов. Все евразийские изображения дракона могут быть прослежены от ранних египетских, ближне- и дальневосточных форм. Это хорошо видно по древнегреческому слову drakkon, которое означает одновременно и большую змею, и дракона. Греки придерживались представления о драконе как змее-хранителе, символе зла. В ранней Индии изображения дракона были в определенном смысле похожи на египетские: он представал в виде змеи.

Истории о драконах передавались из поколения в поколение во многих цивилизациях. Так, они характерны для эпоса о Гильгамеше. Ранняя вавилонская литература представляет дракона полностью вымышленным существом. Он воспринимается как образ хаоса и в то же время хранителя Мироздания. Во многих странах люди верили, что дракон живет на дне моря по причине его особой способности управлять земными водами^[115]. Там он охраняет обширные сокровища, очень часто - жемчуг. Дожди, облака, гром и молния считались дыханием дракона, поскольку верили, что он - огнедышащее чудовище. Ему приписывали способность управлять судьбами человечества.

В западном мире дракон представлял хаос первичной материи. Рост сознания и знаний людей заставил их бороться с драконом, поскольку упорядоченный мир постоянно бросал вызов его власти. Считалось, что отдельные драконы имеют свой собственный облик. Они были созданы из различных частей разных существ и чаще всего описывались имеющими орлиные ноги и крылья, грудь льва, рыбью чешую, рога антилопы и змеиные туловище и хвост, которые иногда тянулись до головы. И в Ветхом, и в Новом Завете драконы представляют зло и дьявола. Змей в садах Эдема иногда изображался в виде дракона, несмотря на то, что в Ветхом завете указывалось, что драконы живут в море^[116]. В христианской символике мы видим дракона побежденным архангелом Михаилом; Даниил убивает дракона в апокрифических главах Библии^[117]. В средневековых церквях дракон изображался как символ язычества, нехристианских поверий. Видение рыцаря,

убивающего дракона, означает победу христианства над язычеством. В западной церкви было сорок святых-драконоубийц. В мифах и легендах герои часто убивали драконов^[118].

Кельтские и скандинавские драконы почти определенно восходят к более древним культурам, хотя сходство между ними не так очевидно. Идея дракона в кельтской мифологии, вероятно, происходит от священного крокодила (messeh)древних египтян. Фараоны помазывались крокодильим жиром (отсюда «Мессия» - «помазанный»), и так они приобретали силу мессеха. Образ неустрашимого мессеха развился в дракона, который, в свою очередь, стал королевской эмблемой^[119][120]. Кельтские короли в Британии назывались «драконами» как мужественные защитники в древней традиции о мессехе. Первым пендраконом («головой дракона»), или верховным королем был Цимбелин. После распространения христианских идеалов в Европе единственным положительным аспектом символики дракона стало его использование в качестве геральдической эмблемы.

В некоторых частях Африки, где к дракону также относились как к силе зла, чудище считалось результатом неестественного союза орла и волчицы. Считалось, что разрушительная сила дракона происходит от его огненного дыхания, которое уничтожает 120

целые страны. Глаза дракона тоже считались имеющими огненно-красный оттенок, поскольку в них отражались охраняемые им сокровища. В поздних традициях утверждалось, что дракона изобрели скряги, которые хотели получить свирепого защитника для охраны своих сокровищ.

Драконы считались врагами солнца и луны и потому ответственными за затмения. Верили, что затмения происходят, когда дракон пытается заглотнуть какое-либо из небесных тел, что способствовало появлению образа дракона в древней астрономии. В армянской традиции бог огня и молнии мог прекратить правление дракона на небе. То же полагалось относительно молнии в македонском мифе. Считалось, что драконом становится мертвец, поскольку дракон был хранителем сокровищ в погребальной камере.

В восточном мире образ дракона приобрел иное значение. Он был по существу благосклонным сыном неба, управляющим водной стихией мироздания. В Китае этот образ восходит к III тыс. до н.э. и олицетворяет счастье, бессмертие, защиту, плодородие и жизненную активность^[121]. В китайской традиции считалось, что дракон образует облака своим дыханием и приносит дождь. Когда он прогуливается по облаку, идет дождь и разражаются штормы. Считается, что характер дракона таков, что он привык главенствовать и не любит, когда ему препятствуют. Это смелое, бесстрашное создание и

положительный знак в китайской астрологии^[122]. Кроме того, верят, что он уносит прочь злых духов. Потому мотив дракона появляется на очень многих древних китайских монументах и строениях. Даже император описывается как имеющий девять драконов на его парче. Таким образом, в Китае дракон, в отличие от европейских легенд, олицетворяет добрые дела и даже сегодня его изображения можно увидеть во время праздничных шествий.

Согласно китайской мифологии драконы живут под землей и посещают мир только во второй месяц китайского календаря, принося грозы. Они выглядят как змеи и не имеют крыльев. Каждая из их четырех коротких ног имеет пять пальцев, в отличие от корейского дракона, чьи ноги имеют по четыре пальца, и японского, у которого их три. Пятипалый дракон символизирует власть, и китайский дракон называется Лунь. Существует четыре главных категории Лунь:^[123]Тиен-Лунь (Небесный Дракон, защищающий Дом Богов), Шен-Лунь (Дракон Духа, управляющий ветром и воздухом), Ти-Лунь (земляной дракон, управляющий реками и всей водой на земле) и Фуц-Лунь (подземный дракон, сторожащий ценные металлы и драгоценные камни).

В персидской мифологии есть множество историй о драконах, представлявших злые силы и убитых героями. Большинство из них испытало влияние греческих легенд. Скорее всего, здесь возникло представление о драконе, охраняющем сокровища. Считалось, что впоследствии сокровища перешли к монарху, представлявшему добрые силы. Однако когда монголы вторглись в Персию, они ввели свой, китайский, стиль изображения дракона.

В исламском мире дракон изначально появился как астрономический знак, связанный с египетским мифом о путешествии Ра через подземный мир.

Драконы также появлялись и в Америке. Там они представлены озерным духом в североамериканских мифах о творении, или змеей, как в Центральной или Южной Америке. Можно обнаружить параллели между китайскими драконами и змеей в американских мифах. Так, Кецалькоатль^[124] описывался как существо, способное принимать форму солнца, и изображался заглатываемым земляной змеей, тем самым вызывающей затмение^[125].

Различные изображения драконов появляются в мировой мифологии приблизительно в одновременно. Однако их коннотации были совершенно разными и включали египетского змея, вавилонских гибридов драконов и животных, китайского

ящера и т. д. Так что нет никаких свидетельств того, что они восходят к одному прообразу. Ввиду их несхожести можно заключить, что они самопроизвольно возникли из потребности человека объяснить различные природные явления, которые существенно влияли на его жизнь. В Египте символ дракона помогал объяснять смену дня и ночи, в Вавилоне дракон участвовал в творении мира, в то время как в Китае он был связан с весенними дождями. Очевидно, в каждом центре древних цивилизаций существовали свои прообразы мифа о драконе.

Феникс - символ особой силы, дающей бессмертие и возрождение, которые всегда были желанными для смертных, даже великих императоров и царей, но никогда не достигались ими. Миф о фениксе трудно проследить, поскольку его иконография может быть обнаружена в различных восточных, европейских и центральноамериканских культурах. Например, в японской мифологии феникс символизирует солнце, прямоту, верность, справедливость и послушание, в то время как в римской мифологии он представлял возрождение и вечное существование Империи. Средневековая алхимия ассоциировала его с завершением opus magnumи перерождением, а в ацтекской, майяской и тольтекской мифологии птица феникс олицетворяла солнечные силы, благословение и

126

счастье.

Период, когда миф о фениксе появился в различных текстах, охватывает приблизительно I - VII вв. Несомненно, что его создание должно было быть связано с преобладающими религиозными и философскими течениями того времени.

Исходный миф рассказывает о восхитительной птице, единственной и неповторимой в своем роде, живущей более пятисот лет. В каждый конкретный момент времени может существовать только одна птица феникс^[126][127]. Она сжигает сама себя по прошествии особого циклического периода только для того, чтобы восстать из пепла на третий день (некоторые мифы говорят о девяти днях). По какому-то внутреннему знаку того, что она достигла полной жизненной зрелости, она аккуратно сооружает гнездо из ветвей благовонных деревьев, которое превращается в погребальный костер. Создав его, она поет прекрасную песню, обратясь навстречу солнечным лучам. Затем она внезапно приносит себя в жертву. Из жидкости ее останков возникает и постепенно вырастает

червь. Затем птица принимает прежнюю форму, наделенная новой жизнью, чтобы повторить прежнюю. Цикл феникса - период между превращениями - как считалось, составлял пятьсот лет, хотя некоторые истории говорят и о пятнадцати столетиях^[128]. Эта легенда, возможно, появилась в Аравии. Мифическая аравийская птица получила имя благодаря своему пурпурному цвету (phenicieus').Цикл ее жизни, гибели и возрождения символизирует бессмертие и неукротимость человеческого духа.

Ее трехдневная смерть может соответствовать периоду невидимости луны (лунный символизм), но феникс - универсальный солнечный символ, потому он собственно и возрождается из собственного пепла на третий день. Он также - «жар-птица», что означает божественную царственность, силу, которая не может быть уничтожена, знатность и уникальность. Кроме того, птица-феникс представляет гуманность, поскольку ничего не разрушает при самосожжении и не питается живыми существами. Роса - ее единственная пища.

В древнеегипетской мифологии образ феникса соотносим с солнцем, которое умирает каждую ночь в своем огне и возникает из него поутру, т. е. небесный цикл. Кроме того, образ феникса связывается с египетским космогоническим мифом, поскольку самовозрождение также приписывалось Атону-Ра, который принес лучи, рассеявшие хаос и тьму^[129]. Мифологический контекст изображает феникса ибисом, тогда как греческая литература представляет его павлином или орлом.

Согласно легенде, птица феникс жила около холодного источника. Она купалась в холодной воде и издавала такие прекрасные звуки, что бог-солнце остановил свою колесницу и заслушался. После вступления в новую жизнь, она бальзамировала прах своей предшественницы в яйце из мирры и относила его в Гелиополь («город солнца»), где помещала на алтаре солнечного бога. «Цикл феникса» - пятьсот лет, и храм феникса в Гелиополе сыграли огромную роль в истории календаря^[130]. В период расцвета Среднего Царства феникса стали связывать с душой Осириса. Его часто помещали на саркофаге, поскольку он символизировал жизнь после смерти. В это время его стали связывать с планетой Венерой, утренней звездой, которую считали проводником солнца. С точки зрения египтян солнце поднималось на востоке от Египта, т.е. в Аравии, и предполагается, что жрецы Гелиополя торжественно приносили в жертву пурпурного ибиса на великих торжествах каждые пятьсот лет^[131].

Греческая мифология представляет феникса в происходящей с Крита истории о похищении Европы. У короля Финикии, по имени Агенор или Феникс, была прекрасная дочь, Европа, которая настолько поразила Зевса своей изумительной красотой и женским обаянием, что он, скрывшись под обличьем быка, похитил ее и унес на Крит.

Ранней христианской традицией феникс был воспринят как символ воскрешения и бессмертия. В христианской мифологии он символизирует воскрешение Христа, пожираемого огнем страстей и возрождающегося на третий день, триумф над смертью, веру, постоянство, божественную природу Христа (как пеликан - символом его человеческой природы). Вдохновляясь примером смерти и возрождения Христа, люди, как считалось, могли достичь омоложения^[132][133]. Кроме того, была изобретена дополнительная аналогия фениксу. А именно, полагалось, что феникс, когда умирает, наполняет гроб прекрасно пахнущими благовониями, предотвращающими разложение. Христианство провозглашало, что то же самое может быть достигнуто и людьми, чьими благовониями могут стать их добродетели: целомудрие, сострадание и справедливость.

В индийской мифологии, феникс представлен птицей Гаруда. Она изображалась с клювом, когтями, крыльями, хвостом орла и телом и ногами человека (иногда четверорукого). Образ Гаруда наделен и некоторыми чертами божества, олицетворяя 133

солнце и являясь врагом змей.

Китайская мифология определяет феникса (фень-хуань или фунь) как «киноварную птицу» и «огненную субстанцию», которая олицетворяет первичную силу небес. Это одно из «четырех одаренных духом» священных созданий, которое, как и дракон, одновременно воплощает и инь, и янь. Как самец (фень) он становится солнечной огненной птицей янь, но как самка (хуань) феникс - лунное женское инь. Изображенный вместе с драконом, символом императора, феникс становится всецело женским образом. Он символизирует императрицу и вместе с драконом они представляют оба аспекта императорской власти^[134].