§ 46. РУСЬ ОТ СМЕРТИ ВЕЛИКОГО ХАНА УГЕДЕЯ ДО СМЕРТИ ВЕЛИКОГО ХАНА МЁНКЕ

После смерти великого хана Угедея Батыю не удалось ни самому сделаться великим ханом, ни поставить своего кан- дидата^[73]. Батыю удалось лишь оттянуть выборы на несколько лет.

Новый порядок подчинения монгольской власти не сразу наладился на Руси. После разгрома Батыем Северо­Восточной Руси в 1237—1238 годах и гибели великого князя Юрия Всеволодича во Владимир приехал княжить из Киева брат убитого, Ярослав. Первое время Ярослав надеялся на полное «отшествие» Батыя (по крайней мере, из Северной Руси). Ближайшие годы Батый был занят в Южной Руси (взятие Киева), затем походом на запад, после — восточ­ными делами. Северорусские князья имели несколько лет передышки. Передышка эта была использована для отраже­ния опасности с запада, для борьбы с немцами, шведами и Литвою. Главная тяжесть борьбы с Западом легла на плечи юного сына Ярославова, князя Александра, княжившего в Новгороде. 15 июля 1240 года Александр нанес решительное поражение шведам, только что переправившимся через реку Неву (эта победа доставила Александру прозвище «Нев­

ский»). Серьезная опасность грозила Новгороду от немец­ких рыцарей. Немцы взяли Изборск и Псков и подошли к Новгороду на 30 верст. Собрав рать, Александр пошел на немцев, выбил их отряды из Пскова и затем разбил их глав­ное войско на льду Чудского озера («ледовое побоище» 5 апреля 1242 года). Натиск немцев был остановлен; новые заботы доставило вторжение литовских племен, приведен­ных в движение немецким натиском. В течение нескольких лет Александр Ярославич вел упорную борьбу с Литвой и наконец окончательно выгнал литовцев из новгородских пределов (1245). Блестящие успехи на западе не затуманили глаз Ярослава и Александра по отношению к востоку. Пони­мая невозможность в то время борьбы на два фронта, Яро­слав не думал о борьбе с монголами.

Наоборот, князь Даниил, сидевший в Галиче, мечтал о союзе с западными государствами против монголов. Пере­говоры его в Венгрии и Польше были довольно безуспешны. Через папского посла к монголам, Плано Карпини, проез­жавшего владения Даниила, Даниил пытался завязать сноше­ния с главой латинского мира — римским папою, изъявляя готовность признать над собой высшую власть папы — свет­скую и духовную. Батый потребовал от Даниила подчине­ния монгольской власти. Не считая себя достаточно силь­

ным для борьбы, Даниил поехал к Батыю (1245), был встре­чен ласково, но должен был стать на колени перед Батыем и признать себя подчиненным.

Сам Батый не являлся верховной властью монголов, а местным владетельным ханом (все же «царем», по термино­логии русских летописей). Окончательный распорядок дел на Руси зависел не от ставки Батыя, а от ставки великого хана. Предстояли выборы нового великого хана. Батый был непо­пулярен среди монгольских старейшин. Туракина сумела расположить в пользу Гуюка наиболее влиятельных глава­рей. Предвидя выбор Гуюка, Батый не поехал на курултай в Монголию, а послал своего подручного — великого князя Ярослава^[75]. Великий курултай состоялся в 1246 году у озера Гейка. Помимо монгольских старейшин, на курултае присут­ствовали (но стояли вне ограды, то есть не допускались до внутренних совещаний) подчиненные монголам государи: великий князь Ярослав Суздальский, грузинский царь Давид V, сельджукский султан Килидж-Арслан IV и др. Ярослав пользовался преимущественной честью среди всех немон­гольских владетелей^[76].

Великим ханом был избран Гуюк.

Великий князь Ярослав Всеволодич умер в ставке Гуюка (1246). Смерть его ставила опять вопрос о порядке стар­шинства русских князей. По естественному старшинству братьев великое княжение владимирское занял князь Свя­тослав Всеволодич. Однако его княжение было непродол­жительно. Ярославичи Александр и Андрей были сперва вызваны к Батыю, а затем должны были ехать, по примеру отца, в ставку великого хана в Монголию. Владимирское великое княжение дано было Андрею; Александр получил Киев и Новгород^[77].

В 1248 году отношения между Гуюком и Батыем дошли до полного разрыва. Гуюк решил добиться от Батыя покор­ности силою и двинулся на Батыя с большой армией, но неожиданно умер в самом начале похода. Регентшею сде­лалась его вдова, Огул-Гаймиш. В ханской ставке нача­лись интриги в связи с вопросом о будущем великом хане. Огул-Гаймиш стремилась обеспечить власть племяннику Гуюка Ширемейну. На этот раз превозмогло, однако, влия­ние Батыя, который начал поддерживать линию Тулуя, для чего вошел в соглашение с вдовой Тулуя, Серкутени. Каж­дая сторона хотела упрочить свое влияние. Поэтому великий курултай был отсрочен, подобно тому как и после смерти Угедея. В 1251 году Батый счел момент благоприятным для созыва курултая. Батый лично принял участие в этом курул­тае. Наоборот, Огул-Гаймиш на курултай не приехала. Вели­ким ханом провозглашен был сын Тулуя, Мёнке^[78]. Мёнке был до некоторой степени ставленником Батыя; последний сде­лался после избрания Мёнке фактически полным господи­ном северо-западной части Монгольской империи^[79].

ченный общей монгольской политикой, Батый с этих пор редко проявляет личное участие в управлении своим улусом. Фактическим правителем кипчацко-русского улуса (Золотой Орды) становится сын Батыя, Сартак^[80].

Между тем как раз в это время назревали серьезные осложнения для Золотой Орды именно в русских ее улу­сах. После своей поездки в Орду князь Даниил Галицкий не успокоился и продолжал свои попытки высвободиться из- под власти монголов с помощью латинского Запада. Доволь­ный заявлением Даниила о признании папской власти, папа Иннокентий IV старался всячески помочь Даниилу, писал письма многим латинским государям Европы с просьбою послать войска против монголов. Самого Даниилу папа обе­щал прислать королевский венец. Даниил стремился объеди­нить Северную и Южную Русь для свержения монгольского ига. В 1250 году он отдал дочь свою за великого князя Андрея Ярославича. По всей вероятности, Андрей согласился содей­ствовать Даниилу, и этим объясняется образ действий Сар- така против Андрея. Сартак решил отправить карательное войско против русских земель. Севернорусские земли были спасены от разорения братом Андрея, Александром (Нев­ским), согласившимся занять великокняжеский стол на усло­вии полного подчинения Орде. Монгольский отряд Неврюя помог Александру утвердиться во Владимире. Андрей бежал. Одновременно баскак Куремса получил из Орды предписа­ние начать военные действия против Даниила. Куремса имел мало сил, и первое время Даниилу удавалось отбиваться. Надежды Даниила на поддержку Северной Руси были раз­биты; в скором времени рушились и надежды на помощь с Запада. Королевский венец Даниил получил и короновался им в городе Дрогичине (1255). Но никакой реальной воен­ной помощи с Запада не последовало.