Регенство при малотетнем Иоанне Антоновиче Брауншвейгском

Наследником престола при императ­рице Анне Иоанновне был объявлен младенец Иоанн Антонович, сын пле­мянницы .Анны Иоанновны, дочери ее старшей сестры, бывшей замужем за принцем Брауншвейгским, а регентом назначен Бирон.

ренней борьбой «немецкой* партии, за­нимавшей господствующее положение в управлении России, и окончательным ее разгромом. I кредача регентства при ма­лолетнем принце не родителям, а Биро­ну объясняется бездеятельностью мате­ри ст Анны Леопольдовны и неспособ­ностью ее мужа Антона Ульриха. Для противодействия Бирону нс оказалось никого со стороны русских, потому что бол ы п и I ιcτ во были ил и у 11 ич гожен ы Би­роном. или находились в ссылке. Биро­ну легко удалось оттеснить Анну Лео­польдовну и се мужа и стать неограни­ченным правителем Русской империи. Императрица Анна, подписав грамоту о регентстве Бирона, сделала странную оговорку: «Жаль мне тебя, герцог, сам ищешь себе гибели».

В то же время представители иност­ранной партии говорили: «Если герцог регентом не будет, то все мы погибнем». Горячим сторонником регентства Биро­на был фельдмаршал Миних. Вступив в права регентства, Бирон сейчас же вошел в столкновение с принцем Атоном Уль­рихом. но быстро устранил его и прину­дил отказаться от всех чинов и должнос­тей в русской армии, грозил выслать из Росс и и, а сы I ιa его л и ш нт ь ι ιpcc гола. I ог- да Миних изменил свои отношения к Бирону и принял сторону брауншвейгс­кой династии. Благодаря родственным связям с двором Анны Леопольдовны он стал часто бывать при дворе. 8 ноября Миних в разговоре с .Анной Леопольдов­ной горячо доказывал ей опасность для нее и ее мужа со стороны Бирона. 11а воп­рос принцессы: «Как же от него избавить­ся?- Миних воскликнул: -Прикажи­те — ня приведу Бирона к Вашим ногам».

Вопреки желаниям Миниха указом 28 января 1741 года управление страной было разделено на три отдела и опреде­лены лица, управляющие этими отдела­ми. Миних должен был ведать сухопут­ной частью армии, иррегулярными вой­сками. артиллерией и фортификацией и обо всем рапортовать герцогу Браунш­вейгскому. Генерал граф Остерман по­ставлен был управлять иностранными делами, адмиралтейством и флотом. Ве­ликому канцлеру князю Черкасскому и вице-канцлеру Головкину поручено было ведать всем, что касается внутрен­них дел по Сенату. Синоду, и вести дела о государственных камер-коллегиях, сборах и других доходах. Миних. разгне­ванный поворотом событий и возму­щенный неблагодарностью принцессы, развил было бурную деятельность, но потерпел полное поражение со стороны своего противника Остермана.

Во внешней политике в это время про­исходили крупные изменения. Умерли австрийский император Карл, сосмсргью которого прекращалась династия Тере­зии. и прусский король Фридрих Виль­гельм I. вместо которого вступил на пре­стол его сын. молодой и энергичный ко­роль Фридрих II. Франция и Пруссия решили использовать время прекраще­ния династ ии германских императоров и произвести раздел Австрии. Франция вела пока подготовительную политику, а Фридрих немедленно двинул войска и занял австрийскую провинцию 11ижнюю Силезию. Россия имела союзные догово­ры и с Австрией, и с Пруссией и. в случае войны одной из них, должна была оказы­вать помощь. Теперь та и другая просили ее помощи. Швеция, подстрекаемая Францией, объявила России войну. Вне­шняя обстановка обострила отношения

Миниха и Остермана.

Франция, чтобы оторвать Россию от Австрии, решила сделать переворот в России и на место брауншвейгской дина­стии возвести на престол Елизавету Пет­ровну, а немецкое правительство, управ­ляющее Россией, заменить русским. Из Парижа послом в Россию прибыл Шетар- ди. который и стал действовать совмест­но со шведским послом Полькеном и французом — доктором Елизаветы Пет­ровны Лестоком. Предлагая содей­ствие в занятая престола. Шетарди тре­бовал за это в пользу Швеции побережье Прибалтики, в чем получил категоричес­кий отказ. Началась война со Швецией, и шведы в первых же сражениях стали терпеть неудачи. Шведы через Францию старались втянуть в войну против России Гурцию, но последняя уже воевала про­тив Персии и лишена была возможности втягиваться в еще одну войну.

.Англия старалась удержать суще­ствующее в России положение вещей и направляла политику Анны Леополь­довны против Франции. Принцесса Елизавета находилась в опальном поло­жении и оставалась в стороне от актив- ной деятельности. По в борьбе с ино­земцами она была ««знаменем*» для рус­ской партии и пользовалась большой симпатией среди военных кругов. В ее пользу действовала французская дипло­матия. как внутри России, так и в Шве­ции. Шетарди слишком часто общался с Елизаветой, что не скрылось от Остер­мана. Он предупредил Анну Леополь­довну, а га предупредила Елизавету, что если переговоры с французами не пре­кратятся. то она принуждена будет аре­стовать Лсстока.

Разговор этот заставил сторонников переворота действовать более решитель­но. В это время гвардейские полки гото­вились к выходу на фронт против Шве­ции. Воронцов, Разумовский. Шувалов и Лесток стали настаивать, чтобы Елизаве­та при помощи гвардии произвела пере­ворот.

Этим переворотом немецкая партия была окончательно уничтожена. В соста­ве правительства были произведены из­менения. Место Остермана занял Алек­сей Бестужев-Рюмин. Другие места были распределены и заняты Шуваловыми. Нарышкиными. Воронцовыми и други­ми. в том числе Разумовским, игравшим в жизни Елизаветы значительную роль. Из заточения был возвращен фельдмар­шал Долгоруков. Остерман, Миних и другие были отправлены в ссылку. Прав­де г I ие браун ш вей гской ди ι гасгии ι гс вне­сло никаких изменений в жизнь России. После вступления на престол Елизаветы Петровны днепровские казаки, со смер­ти Апостола остававшиеся без гетмана, получили право иметь гетмана, которым был поставлен Разумовский. В верхах Войска Донского заметно выросло стремление к наградам и отличиям. Ата­ман Войска Данило Ефремов писал во время пребывания в управлении Остер­мана: ««Вашему высокографскому сия­тельству не безызвестно каким образом, не только бригадиры Иван Краснощеков и Иван Фролов, яко по заслугам, но и дочери Краснощекова высочайшею Его

императорской милостью награждены и большими медалями пожалованы, а я нижайший, как об этом уведал и то толь­ко нижайше прошу дабы через нашего высоко графе кого сиятельства против означе иных бри гад про в высоча й шей милости нс был оставлен...*»

Анна Леопольдовна с мужем и семьей, первоначально отпущенная в Германию, в Риге была задержана, и вся семья была заключена в Дюнами некую крепость. Лс- сток настаивал, чтобы незадачливое это семейство не только не выпускалось из России, но и в России было запрятано так. чтобы умерла даже память о нем. Го же советовал и Фридрих 11. Арестованную семью отправили в Ориенбург, а в 1744 году перевезли в Холмогоры. Там. за высокой стеной, семья жила отрезанной от всего мира и оставалась во все время царствования Елизаветы Петровны и Петра 111. и только Екатерина II решила освободить их. Но к тому времени Анна . копольдовна с мужем умерли, две доче­ри и два сына их были малоумными, а бывший император Иоанн переведен в Шлиссельбургскую крепость. Четверо брауншвейгских детей были отправлены в Данию, а Иоанн оставался в крепости до своей трагической смерти.

Бирон из Полыми был перевезен в Ярославль, где и жил на свободе, но не пользовался никаким влиянием ни при дворе, ни в Курляндии. Остерман, живя в Березове, много лет страдал ногами, впрочем, выздоровел без всякой меди­цинской помощи и умер, нс дождавшись добрых перемен. Минихбыл возвращен ко двору 80-летним стариком при Пет­ре 111 и умер в 1766 году.