БОРЬБА ДОНСКОЙ АРМИИпротив вооруженных сил России, положение на Фронте и внутренний быт населения

На севере на границах Донской обла­сти велась борьба силами исключитель­но Донской армии. Придавая особое значение территории Дона, советская власть к ноябрю месяцу проз ив Донской армии сосредоточила пять армий чис­ленностью в 150 000 бойцов при 450 ору­диях.

не только имели возможность получать пополнение, но и численно увеличива­лись. Ресурсы живой силы на Дону были совершенно исчерпаны, казаки были мобилизованы с 18 до 52 лет, в качестве добровольцев были и старше. С наступ­лением холодов развивались болезни и начался тиф. 65-тысячная армия таяла, и пополнений брать было негде. Надежда на подход частей союзников была весь­ма сомнительной и даже маловероятной.

В то же время большевики прибегли к своему испытанному средству — са­мым заманчивым обещаниям, за которы­ми не было ничего, кроме неслыханного вероломства. Но звучали эти обещания очень привлекательно и человечно. Боль­шевики обещали казакам, если после­дние сложат оружие и разойдутся по до­мам. мир и полную неприкосновенность границ Войска Донского. Указывали на то. что союзники помощи им не окажут, даже напротив, они помогают больше­викам... Борьба против превосходящих в 3 4 раза сил противника угнетала мо­ральный дух казаков, и обещание крас­ных установить мирные отношения в не­которых частях стало находи ть сторон­ников. Части стали покидать фронт, обнажая части фронта, и, наконец, пол­ки Верхне-Донского округа решили вступить с красными в переговоры и пре­краг или сопротивление. Мир был зак­лючен на основе самоопределения на­родностей и дружбы народов.

Заключив договор, казаки разошлись по домам. Через три дня в станицах по­явились красные и начали производить среди казаков дикую расправу. Стали увози I ь хлеб, угонят ьс кот, убиват ь ι ιcιιo- корных и производить насилие.

Заседание было открыто речью гене­рала Деникина, начавшейся с изложения широких перспектив борьбы с больше­виками. Призвав присутствующих за­быть личные обиды и оскорбления, гене­рал Деникин заявил: «Две дивизии союз­ников высадились в Севастополе и Одессе. Затем будет прибывать снабже­ние через 11овороссийск для Доброволь­ческой и Донской армий. Одновремен­но будет продолжаться перевозка союз­ных войск и снабжения для армии будущего, которая предположительно развернется на юге России от 11етровска доЛибавы. Мы вошли в соглашение с ко­мандующим русскими силами Закавка­зья и тем обеспечили сбор и сохранение русского военного имущества Кавказс­кой армии. Создан план перевозки рус­ских Салоникских дивизий. Мы получи­ли от союзников весь тоннаж Черномор­ского флогз и распределим его между всеми образованиями, идущими по пути защи гы русской государственности. Мы выработали военно-политический наказ

послам на Версальскую конференцию и добьемся представительства России на мирном конгрессе.

Дальше шли проекты общегосудар­ственною масштаба: объединение же­лезных дорог, финансов, общий суд. единое командование, назначение ко­мандного состава... Сведения генерала Деникина, касавшиеся общего положе­ния. относились к области предположе­ний. не были связаны ни с какой реаль­ное гью, ни с временем, ни с простран­ством. Чтобы связать его с реальной обстановкой, атаман Краснов заявил: «Большая часть перечисленных мероп­риятий относится к будущему, а не к на­стоящему». I лавным вопросом в числе предложенных генералом Деникиным вопросов и проектов было признание за ним права верховного командующего всех вооруженных сгы Юго-Востока, и главным образом частей донских каза­ков. 11а это атаман Краснов категоричес­ки заявил, что «главное признание еди­ного командования теперь невозможно, ибо тогда казаки уйдут по станицам. Донская армия должна быть автоном­ной: атаман может быть подчиненным главнокомандующему и по уговору с ним будет перебрасывать войска. Но принять предлагаемые Вами меры это значит разрушить то, что создано общи­ми усилиями Войска».

Вопрос единого командования для всего командного состава являлся жиз­ненной необходимостью, и всем было 1юня 1но, ч го все вооруженные силы, не­сравненно меньшие в сравнении с часа­ми противника, должны были бытьобъе- д и пены под одним общим руководством и направлены к одной цели: уничтоже­нию центра большевизма, занятию Мос­квы. Но в вопросе общей политики и целей войны среди казачьих масс было коренное расхождение с командованием Добровольческой армии. Цель казачьей массы была — освободить свою землю от нашествия большевиков, установить в своей области порядок и предоставить русскому народу усграива ι ь свою судьбу по собственному желанию. Атаман Краснов понимал настроение казачьих масс лучше, нежели кто другой; но нс хуже других понимал он и необходи­мость общего командования, но пере­дать командование казачьими частями лицу, не связанному с казачьим бытом, было равносильно полной разрухе тою.

ветских вождей зазвучали простые речи Пугачева: «Идите, берите и уничтожай­те всех, кто встанет на вашем пути». Ко­миссар военной обороны Бронштейн в речи, обращенной к народу 9 нюня 1918 года, указывал цели простые и яс­ные. «Товарищи. кричал он, возбуж­дая настроение слушателей. — среди всех вопросов, волнующих наши сердца, есть один простой вопрос — вопрос о хле- бе насущном. Над всеми мыслями, над всеми идеалами нашими господствует сейчас одна забота, одна тревога: как пе­режить завтрашний день. Каждый неволь­но думает о себе, о своей семье... Моя за­дача вовсе нс в том, чтобы вест средн вас только одну агитацию. 11ам нужно серьез­но 1Ю1оворитьо продовольственном поло­жении страны. По нашей статистике, в 17 году избытка хлеба в тех местах, кото­рые являются производящими и вывозя­щими хлеб, было 882 000 000 пудов.

Лозунг «Грабь награбленное!» для неимущих всегда являлся соблазном и оправданием их незадачливой судьбы в отношении чем-то владеющих. Как до­полнение этой примитивной теории движущей силой коммунизма являлась среда, именно ни к какой производи­тельной деятельности не пригодная. В России происходил социальный про­цесс. когда на смену правящему классу поднимались нс только низы, но и от­бросы общества. Благодаря полному от­сутствию гласности, параличу обще­ственной жизни и полной раздроблен­ности страны большевики выдвигали на руководящие посты людей, для которых во всех странах и во всех нормальных условиях сущес твует одно место тюрь­мы, обеспечивающие общественный по­рядок от преступного элемента.

В таких условиях задача командова­ния в борьбе против большевиков долж­на была иметь кратчайшей целью захват Москвы, не отвлекаясь ни на какие дру­гие второстепенные цели от этой главной задачи. Атаман Краснов и представители других казачьих областей и казачья мас­са понимали, что генерал Деникин со­вершенно не заинтересован в этой ос­новной цели, он ставил целью и понимал государственный порядок в форме пре­жних территориальных образований в социальном отношении дореволюци­онных общественных отношений.

что окончательная форма государствен­ного устройства будет установлена Уч­редительным собранием, не так давно разогнан ным бол ьшевиками. что стави- лось им в одну из заедут. Генерал Дени­кин, нс имея абсолютно никакого плана установления нового порядка, способ­ного удовлетворить население, скорее бессознательно, нежели е сознанием, хотел вернуть Русь в ее исходное дорево- люционное Iюложсиис. I ерриториалыю будущая Россия объявлялась Единой и

1 [еделимой, в общественных отношени­ях восстанавливалось право собствен по­сти. и крестьяне обязаны были платить за захваченные земли их прежним соб­ственникам.

Для решения вопросов государствен­ного порядка, как. например, нацио­нальных. аграрных, административных и других, при командовании было осно­вано Особое совещание, принявшее функции власти исполнительной и зако­нодательной. которое было утверждено

2 февраля 1919 года. Общее внутреннее государе ! вен ное устройство ввиду раз­норечивых мнений между предрешенна- ми и непредрешенцами было прикрыто трехцветным национальным флагом и вставлено в форму Единой и Неделимой России. Земельный вопрос разрешался признанием личной собственности. Нрава на землю сохранялись за их соб­ственниками. Поправкой к этому поло­жению служила оговорка, что размер земли должен определяться в зависимо­сти от местности. Переход земли к но­вым владельцам осуществлялся обяза­тельно за плату...

Даже при таком «осторожном » реше­нии административного и земельного вопроса среди членов Особого совеща­ния существо вал и полное разногласие и групповая подозрительность в полити­ческих мировоззрениях. По. как пишет генерал Деникин, для проведения даже таких скромных проектов нс было соот­ветствующих людей. В это замечание автора позволительно внести одну по­правку: в тех случаях, когда требуются коренные решения, нужны не люди, а личности, которых, к великому сожале­нию. во время русского безвременья не оказалось. Главной целью Белого движе­ния было восстановление внутри страны общественного порядка, иначе говоря, твердой власти и водворения законнос­ти. В стране необходима была власть, способная издавать указы и иметь сред­ства. чтобы эти указы народом выполня­лись. Такая власть нс зависела ни от каких государственных форм, а основывалась исключительно на способное!ях руково­дителя. Бонапарт, утвердив власть, не ис­кал никаких форм, а сумел заставить подчиняться его воле. Он нс коснулся ••больных» вопросов, порожденных ре­волюцией, за которые не был ответствен, и создавал власть на основе сложившего­ся положения. Он начинал действовать нс с границ и экономических порядков 1789 года, а с гой стадии развития, в ко­торой оказалась Франция в результате внутренней анархии. Он заставил слу­жить Франции как представителей коро­левской знати, так и выходцев изсанкю- лотов.

1 енерал Деникин нарушил еще одно элементарное право, касавшееся чисто военного руководства. Тот же Бонапарт говорил (Ч1О неизменно повторялось во всех военных учебниках): «Идешь в бой. очищай коммуникации, увеличивай войска и в решительный момент и на ре­шительном пункте создавай превосход­ство над силами противника».

Если решения Особого совещания относительно административного по­рядка оказались малопригодными и даже оказались «нс подлежащими обна­родованию», то в военном вопросе реше­ния зависели исключительно от степени таланта вождя.

('овещание на станции Торговая между командованием Добрармни и

атаманом Дона окончилосьпризнанием единого командования, но поход на Москву казаков атаман гарантировал только частями молодой армии, которая пойдет туда, куда ей будет приказано. Достигнутые соглашения нисколько не сгладили вражды между Деникиным и атаманом, и борьба продолжалась через войсковую оппозицию внутри Войска, при помощи которой принимались меры к свержению генерала Краснова, чтобы на его место поставить более сговорчи­вое лицо, удобное для командования Добрармии.

Дону угрожало нашествие красных, части Добрармии и кубанские войска были свободны, но генералДеникин от­правлять их на фронт Донской армии не торопился. Хоперский и Усгь-Медвс- дицкий округа были заняты красными, армия откатывалась на линию Северско­го Донца и Маныча.Для восстановления положения была объявлена мобилиза­ция казаков всех возрастов из южных округов. Приводились в порядок рас- строенные полки северных округов. По­всюду снимались сотни и команды, слу­жившие охраной т ыловых учреждений, и из частей молодой армии создавались ударные час ти. Сильно ощущался недо­статок вооружения, но вдохновили полу­ченные сведения, что в Новочеркасск прибыл первый транспорт союзников с большим количеством снаряжения. На самом деле оказалось, что прибыли рус­ские винтовки, переделанные на турец­кий патрон и ставшие для употребления непригодными. Были холода, одежды на фронте недоставало, но получены были сведения, что союзники переслали в Добровольческую армию до 40 000 ком­плектов зимнего обмундирования. Ока­залось, что обмундирование это было запасами старого, поношенного обмун­дирования русской армии, отправляв­шегося на зиму в тылы для починки и де­зинфекции. Со стороны Добровольчес­кой армии в сторону Мариуполя была выдвинута дивизия в 2 с половиной ты­сячи человек под начальством генерала Май-Маевского, заменившая в этом районе две согни казаков, и при появле­нии дивизии Добрармии на смежном фронте Украины против нес повели на­ступление украинские повстанцы под руководством Махно, напор которых еле могла сдерживать эта дивизия. На просьбу Донского командования уси­лить кубанцами или добровольцами ча­сти Май-Маевского генерал Деникин ответил: -Вы просите помощи, а сами являетесь непримиримыми “вратами Добрармии”». Ответ человека, строив­шего а кюрит ст нс па моральном превос­ходстве. невольно подчинявшем своей воле окружающих, а на мелком тщесла­вии и никому не обязательныхдиректи- вах.

В середине января 1919 года против 38 000 при 138 орудиях Донской армии красными было разверзнуто 124 000 пе­хоты и конницы, 435 орудий и 1337 пуле­метов. Стало ясно, что с поражением Донской армии Добровольческая армия гоже автоматически прекратит свое су­ществование. Но фронт донскими каза­ками держался, что позволяло генералу Деникину, пользуясь тяжелым положе­нием на Дону, вест и через членов Войс­кового Круга борьбу против атамана Краснова.

Заседания Войскового Круга начина­лись с I февраля 1919 года. Работа Круга начиналась в тяжелых условиях. Значи­тельная часть территории Дона была за­нята большевиками. Никакой помощи ни с какой стороны ожидать было нече­го. Необходимо было выяснить общую обстановку и установить причины мо­рального колебания казаков. Причина­ми обособленности Дона в отношении Добровольческой армии, со стороны ко­торой могла прийти помощь, были отно­шения, установившиеся между атаманом и Деникиным. Оппозиция, подготовлен­ная в Екатер и нодаре, начала дейст вовать

против атамана Краснова. Однако ата­ман оказался настолько выше мелких интриг, что после его объяснений Кругу причин неудач на фронте ему было вы­несено подавляющим большинством полное доверие. Тогда оппозиция сме­нила тактику и повела атаку на ближай­ших помощников атамана — командую­щего армией генерала Денисова и. глав­ным образом, начальника его штаба Полякова. После длительных и мелких запросов и объяснений генерала Дени­сова ему и 11олякову была Кругом пред­ложена отставка.

Атаман Краснов с решением Круга не согласился, оскорбился за своих сорат­ников и сложил с себя должность атама­на. На его место был избран атаманом генерал Богаевский. Оппозицию Круга составляли сторонники политики гене­рала Деникина, сто идеи борьбы за Еди­ную 11еделимую и более тесное сближе­ние с ним политики Войска Донского. 1 лавными сторонниками такой полити­ки был прежде всего председатель Круга Харламов, бывший член нескольких со­зывов Государственной Думы, затем раз­ных оттенков политические деятели, в числе которых был социал-революцио- нер Агеев.

5 февраля атаман Богаевский издал приказ, в котором объявлялось: «С со­гласия генерала Деникина, главноко­мандующего вооруженными силами на юго-востоке, командующим Донской армии назначается генерального штаба генерал Сидорин. Начальником штаба Донской армии назначается генерально­го штаба генерал-лейтенант Кельчес- кий».

С переменой власти положение в уп­равлении Донской армией не менялось. Донская армия по-прежнему оставалась в подчинении войскового атамана и про­должала вести бои на границах Дона. Менялись лишь цели войны; с начала 1919 года в сознании казаков господству­ющей была идея, что они сражаются не только за освобождение своей террито­рии. но и за освобождение России в це­лом. По существу казаки втягивались в политику Дон-Кихота Деникина, ви­девшего противников повсюду и разбра- сывавшего слабые противоболыпевист- скиссилы в разных направлениях, отвле­кая их от главной цели — движения всеми силами на Москву.

Положение генерала Деникина, как главнокомандующего войсками Юго- Востока. осложнялось тем. что в его рас­поряжении кроме двух слабых по соста­ву дивизий добровольцев, кроме войск Донской. Кубанской и Терской облас­тей, других сил не было, и возможностей для их развертывания также не предви­делось. Первые меры его администра­тивной политики в освобожденных час­тях Ставропольской губернии и Ново­российского края показывали, что население этих областей не только не усиливало части Добровольческой ар­мии. а. наоборот, занимало враждебное к ней положение и поднимало мятежи. Никакой опоры среди русского населе­ния генерал Деникин, вследствие отсут­ствия какого бы то ни было разумного политического плана, в дальнейшем тоже встретить нс мог и потому всеми средствами старался авторитет свой ук­репить безоговорочным подчинением себе казачьих армий. Но политика каза­чьих областей строилась не на отвлечен­ных идеях, а на практических решениях, которых требовала жизнь. В то время, когда для управления Ставропольской губернией назначен был губернатор, своим указом отменивший все распоря­жения Временного правительства, вво­дивший принцип собственности, на Дону и Кубани законы внутреннего по­рядка были установлены народными представителями, причем решался даже острый вопрос, связанный с малоземель­ем: были приняты меры, и в некоторых случаях малоземелье устранялось при­резкой земли малоимущим. Для казачь­

их областей решение это было столько же справедливым, сколько и нормаль­ным. и служило заразительным приме­ром для других русских областей. Афо­ризм. распространенный в дореволюци­онной России: -Чтобы политически оздоровить Россию, нужно сс оказа- чи1 ь», в послереволюционное время стал еще более актуальным. Но реформы уда­ются людям, которые способны стано­виться если не выше, то в уровень со вре­менем, к числу которых ни генерал Де­никин. ни кто другой из его окружения нс принадлежали.

Стоит пожалеть, что не воплотилась в жизнь витавшая тогда среди м ногих воен­ных идея создания самостоятельного ре­гиона Юго-Востока, объединявшего на­роды Донской. Кубанской, Терской ка­зачьих областей и народов Северного Кавказа, включая Уральскую и Оренбур­гскую казачьи области. Воплощение в жизнь этой идеи, бы и» может. повернуло бы драматический ход истории, но этого нс случилось, в результате чего в дальней­шей 6opι>6e большая часть Кубанской ар­мии и Герской вела бои не против боль­шевиков, а использована была против сил. боровшихся против большевиков.

К началу 1919 года Донская армия в составе 15 000 бойцов сдерживала на­ступление пяти армий красных в соста­ве 130 000 человек. Левый фланг Донс­кой армии был усилен дивизией генера­ла Май-Маевского, связанного боями на своем участке, не способного оказать по­мощи, требовавшейся в других местах Донского фронта.

11о идее генерала Врангеля и Юзефо­вича части Кубанской армии должны были быть направлены на Царицын, чтобы войти в связь с частями оренбур­гских и уральских казаков. Деникиным был принят проект о переносе штаба Добрармии в Крым. Для обеспечения безопасности Крымского края был по­слан батальон кубанских казаков и вме­сте с ним приказ правительству Таврии о мобилизации одного из призывных возрастов.

Мобилизации произведено не было, и батальон кубанцев, поняв, что их от­правили дтя борьбы с украинцами, воз­вратился на Кубань. В ('таврополк-кой губернии и Таганрогском округе подня­лись народные восстания против Доб­рармии.

В феврале началась переброска Ку­банской армии на помощь Донской ар­мии. 2 марта генерал Деникин отдахТ приказ: 1) продолжать переброску войск с Кавказа в Донецкий бассейн; 2) актив­но оборонять на западном фронте Донец­кий бассейн, а также по реке Донцу и Дону правым флангом Кавказской ар­мии. левым флангом Донской нанести удар главной массе противника, направ­ляя его на фронт Дебальцево — Луганск:

3) группе генерала Кутепова, по сосредо­точении, совместно с правым флангом Донской армии наступать в Царицынс­ком направлении, имея ближайшей це­лью отпроси гь большевиков за р. Сал. На левы й фланг/ (о ι гс кого φpoι па наг гра ил я - лись дивизии донских, кубанских и терс­ких казаков с целью разбить ударную группу красных, состоявшую из большей части 13-й и всей 8-й армии и овладеть фронтом Луганск — Алчевская. К тому же времени относится и приказ начальника Южной группы красных Вацсгиса, ста­вившего частям категорическое требо­вание разбит ь врага в Донецком бассей­не и наступать на Новочеркасск и Рос­тов. В ряде упорных боев красные части были разбиты, отброшены и перешли к обороне. В западном направлении кубан­цами и герцами были заняты Мариуполь и другие пункты по течению реки Ьерды.

В это время началось поголовное вос­стание казаков Верхне-Донского округа, восстали казаки Всшснской и Казанской станиц, которые в конце 1918 года выра­зили доверчивость и покорность совет­ской власти. Но советским военным сводкам, восстание это. подобно масля­

ному ня i ну. ширилось во все стороны от этих станиц. Оно сильно ограничивало оперативные возможности Южно-Рус­ского фронта красных. Дчя борьбы с по­встанцами им пришлось последователь­но выделить из состава 8-й и 9-й армий до 14 000 пехоты и конницы. Донское командование, располагая данными о восстании казаков Верхне-Донского округа, предлагало генералу Деникину вернуть части донских казаков в распо­ряжение Донского командования и на­править главный удар в северном на­правлении с целью разгрома тылов крас­ных армий исоединенияс восставшими. Однако Деникиным было избрано на­правление главного удара в сторону Ца­рицына и другого в сторону запада обнаженного фронта со стороны Украи­ны. а восставшие казаки должны были продолжать отбиваться собственными силами.

По полученным через британское правительство сведениям, к началу’ 1919 года силы красных были распреде­лены следующим образом: на север­ном — Архангельском фронте — 24 000: нэ Литовском 100000: на Польском 100 000: на Урале и Волге — 130 000: на Юго-Восточном 100 000. В действи­тельности на Юго-Восточном фронте против Донской области красные зани­мали следующие позиции:

10-я армия защищала Царицын. 9-я и 8-я занимали фронт но линии Северс­кого Донца: по линии к юго-западу по реке Кампусу до Мариуполя занимали фронт 13-я Украинская армия и отря­ды повстанцев Махно, количество ко­торых в дсйствительности исчислялось в 140 000—150 000 человек. Донская ар­мия к концу февраля 1919 года имела на фронте 15 000 бойцов.

Добровольческая армия к маю меся­цу была развернута в армейский корпус, в состав которого вошли Корниловс­кий. Марковский, /Дроздовский, Алек­сеевский полки и части некоторых дру­гих приданных полков в составе 5 700— 6 000 человек. Главную массу состава Добровольческой армии составляли ка­заки Кубанского и Герского войск, ко­личество которых исчисляюсь в 30 000— 35 000 бойцов.

Наиболее опасной угрозой для Дон­ской армии было наступление красных со стороны среднего течения Северско­го Донца в направлении Новочеркасска. И в этом направлении части 8-й красной армии прорвали фронт и переправились на правый берег у станицы Каменской. Однако донцы нашли силы отбросить переправившиеся части красных и лик­видировали угрозу, нависавшую над Новочеркасском, отделявшую его от красных на несколько десятков кило­метров.

Для красного командования главные усилия направлялись для защиты Цари­цына, служившего главным узлом, свя­зывавшим центр России с Кавказом. Выдвижение кубанских и терских каза­чьих частей и корпуса добровольцев вос­становило положение на Западном фронте Донской армии, и началось дви­жение Кубанской армии в направлении Царицына. Во главе Кубанской армии стоял генерят Врангель, и части ее нача­ли наступление по линии железной до­роги Тихорецкая — Царицын. Но всему фронту, в разных направлениях, донские части перешли в наступление. Первая ιρyιπιa под начальством генерала Ма­монтова наступала левее кубанской час­ти, двигавшейся на Царицын, вторая по Хопру, третья — по линии Лиски — Воронеж и четвертая генерала СеКрете - ва направлялась на соединение с вос­ставшими.

После тяжелых боев частями Кавказ­ской армии 17 нюня был занят Царицын на нравом фланге, а на левом на реке Днепр корпус кубанцев занят город Ека- теринослав. Корпус генерала Секретева соединился с повстанцами Верхне-Дон­ского округа.

Занятие Царицына было важным со­бытием в войне прогни большевиков. Юго-восток и Кавказ совершенно отре­зались от центральной России, и откры­валась возможность связи с Астраханс­ким. Оренбургским и Уральским казачь­ими войсками.

На всем фронте красные отступали, на стороне белых были и превосходя­щие массы казачьей конницы, игравшей решающую роль в I ражданской войне. Это красными было учтено, и у их ко­мандного состава появилась мысль, по примеру казачьей конницы на стороне белых, создать конные части Красной армии, в результате чет последовал при­каз Бронштейна: «Товарищи, все на ко­ней’.-

В связи с общими успехами генерал Деникин 20 нюня прибыл с генералом Романовским в Царицын. Гам он провел парад, объявил благодарность армии, а затем отдал директиву движения на Мос­кву. Из директивы следовало:

«Вооруженные силы Юга России, разбивармии противника, овладел и Ца­рицыном. очистили Донскую область, Крым и значительную часть губерний Воронежской. Екатеринославской и Харьковской. Имея конечной целью зах­ват сердца России — Москвы, приказы­ваю: 1) Генералу Врангелю. Кавказская армия, выйти на фронт Саратов Рти­щев — Балашов, сменить на этих местах донские части и продолжать наступле­ние на Пензу. Рузаевку. Арзамас и далее на Нижний Новгород. Владимир. Мос­кву. Теперь же отправить отряд для свя­зи с Уральской армией и для очищения нижней части Волги.

2) 1 енералу Сидорину правым флан­гом, по выходе войск генерала Врангеля, продолжать выполнять прежние задачи но выходу на фронт Камышин Бала­шов. Остальным частям Донской армии развивать удар на Москву в направлени­ях: а) Воронеж Козлов Рязань: б) Но­вый Оскол — Елец — Кашира.

3) Генералу Май-Маевскому насту­пать на Москву в направлении Курск Орел — Гула. Для обеспечения с запада выдвинуться на линию Днепра и Десны, заняв Киев и прочие переправы на учас­тке Екатеринослав Брянск.

4) Генералу Добровольскому выйти на Днепр от Александровска до устья, имея в виду в дальнейшем занятие Хер­сона — Николаева.

5) I снераламТяжельникову и Эрдсли выполнять ранее поставленные задачи.

6) Черноморскому флоту содейст во­вать выполнению боевых задач генера­лов Гяжельникова и Добровольского и блокирован, порт Одессы».

Затем указывались разграничитель­ные линии.

Подпись: 20 июня 1919 года. № 8878.

Ко времени издания директивы похо­да на Москву Донская армия пополни­лась и имела в составе 42 000 бойцов, све- денных в три корпуса, развернувшихся на фронте в 550—600 верст Новый Ос­кол .(иски Балашов и дальше на во­сток до реки Иловли. Донская армия вышла за пределы Дона и вступала на территории, занимаемые населением средней России. Линия эта становилась не только линией фронта, но и линией политической.

Средние |убсрнии Русского государ­ства — это та самая Древняя Русь. на пле­чи которой легли века борьбы с кочевой степью, ей суждено было устоять и выс­тоять в этом кипящем котле борьбы. 11о I (аселсн не и мен ι ю э ι их средн их русс ких губерний было самым обездоленным в смысле земельных наделов. Историчес­ки сложилось так. что эти губернии не­сколько веков были пограничными по­лосами Руси, правили ими воеводы, ко­торые распоряжались землей по своему усмотрению.

После изменявшихся исторических условий земли воеводств передавались во владение частных лиц. и в этих губер­ниях наблюдались наиболее тяжелые ус-

ловил крепостного быта. Население их было лишено возможности свободного расселения, как население других окра­ин. расположенных в сторону востока или Приднепровья. В этих губерниях наиболее остро ощущался давний зе­мельный недостаток, и он нс мог быть разрешен путем искусственных мер, на­пример переселением части населения на свободные земли Сибири. Великие реформы шестидесятых годов, освобо­дившие крестьян от зависимости поме­щиков. нс разрешили вопроса земельно­го владения и служили поводом для недо­вольства крестьян и давали прекрасные поводы для пропаганды большевистских агитаторов.

Время революции вскрыло этот воп­рос, и он был разрешен стихийным по­рядком. независимо от государс твенных декретов, простым, -черным- переде­лом — при помощи самочинного захва­та земель крупных владельцев. Для рус­ского крестьянства, составлявшего до 75% населения, земельным вопросом начинались и оканчивались все полити­ческие проблемы, и политические ло­зунги были приемлемы те, которые обе­щали им землю. Их совершенно не вол­новало, будут ли входить в состав Русского государства такие области, как Финляндия. Прибалтика и другие, обра­зуя великую и неделимую Россию, на­против, разговоры эти страшно пугали крестьян они видели в них опасность возвращения к прежним порядкам. Для них это означало потерю самовольно захваченной земли.

Понятно поэтому, что приход в эти губернии Добровольческой армии, воз­вращавшей старый порядок, энтузиазма у местных жителей нс вызывал. Гот фак т, что назначенные губернаторы объявля­ли о новом демократическом переделе земли, которым будто бы займутся спе­циальные земельные органы, го эти речи в расчет нс принимались, потому что новый раздел обещался только спустя гри года после восстановления порядка во всем российском государстве. С точ­ки зрения недоверчивого русского кре­стьянина, это значило «никогда».