МИФ И ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ

И все же остаются в древнеиндийской литературе такие указания, которые трудно оце­нить иначе, как отражение каких-то представлений об арктических областях. Это, например, уже упоминавшиеся сведения о полярной ночи и полярном дне.

ра-ачарья в своем астрономическом трактате писал, что в областях у Северного полюса «пол­года постоянный день, полгода постоянная ночь». В другом, более раннем астрономическом сочинении — «Сурья-сиддханта» сообщается, что в этих же районах «боги видят солнце после одного восхода в течение половины его кругового вращения». Подобные данные содержатся и во многих других индийских научных трактатах и религиозных текстах периода поздней древности и раннего средневековья. Интересно, что эти сведения были подробно рассмотрены в специальном разделе фундаментального труда «Индия» великого среднеазиатского мысли­теля и ученого, уроженца Хорезма Бируни (973-1048).

Бируни живо интересовался самыми различными науками, его перу принадлежат мно­гие труды по математике, истории, географии, минералогии, физике, астрономии, являющиеся синтезом достижений современной ему науки. Воспитанный в традициях мусульманской об­разованности того времени, он вместе с тем проявлял исключительный интерес к странам ино­го культурного круга, особенно к Индии. Бируни изучил санскрит, тщательно ознакомился со многими индийскими научными и религиозно-философскими сочинениями, консультировался с пандитами — знатоками индийских культурных традиций. Энциклопедический труд Бируни об Индии (полное его название «Разъяснение принадлежавших индийцам учений, приемлемых рассудком или отвергаемых») фактически познакомил ученых Ближнего и Среднего Востока с выдающимися достижениями индийской цивилизации, к которой великий хорезмиец питал глубокое уважение.

Поражает знание Бируни многочисленных индийских источников. Он неоднократно цитирует трактат одного из крупнейших математиков древней Индии, Брахмагупты (начало VII в.), — «Брахма-сиддханта». Бируни приводит следующие слова этого ученого об области у Северного полюса: «День обитающих там ангелов будто бы длится шесть месяцев, и их ночь также длится шесть месяцев». Бируни цитирует и отрывок из сочинения известного древнеин­дийского астронома Арьябхаты (V в.), согласно которому, эта область — царство ангелов — «находится в зоне холода», «севернее любого места на земле». И Брахмагупта, и Арьябхата могли исходить из теории шарообразности Земли, помещая область, где день и ночь длятся по шесть месяцев, в район Северного полюса. Но и индийские ученые, придерживавшиеся иных мнений о форме земли и даже считавшие, что «земля плоская», также писали о той же север­ной области. Впрочем, и у Брахмагупты, и у Арьябхаты сведения о явлениях, которые мы мог­ли бы назвать «полярной ночью» и «полярным днем», выступают прежде всего как дань проч­но укоренившимся в индийской литературе представлениям о стране на крайнем севере. Неда­ром оба ученых называют ее царством ангелов и включают в текст своих рассуждений слова «будто бы». Это скорее традиционное понятие или принятый символ, на что обратил внима­ние уже Бируни.

В главе «О различных видах суток и о дне и ночи» он излагает представления индийцев о «человеческих сутках» (состоящих из обычного дня и обычной ночи), о «сутках предков» и «сутках дэвов» (т.е. богов). «Сутки богов» продолжаются целый год и слагаются из дня и но­чи, длящихся по половине солнечного года. О «сутках богов» писали Арьябхата и другие ин­дийские ученые. Бхаскара-ачарья, говоря о северной области, «где полгода постоянный день, полгода постоянная ночь», называет такой день «днем богов». Там, говорит он, священные существа видят солнце в течение шести месяцев, когда оно движется в пределах северной сферы; поэтому путь солнца в этот период называется «уттараяна» — «северный путь». В ряде индийских источников в качестве синонима к термину «уттараяна» употребляется «дэвая- на» — «путь богов».

Более того, подобные сведения можно попытаться найти в древнейшем памятнике ин­дийской литературы — собрании священных гимнов «Ригведы», составленном не позднее X в. до н.э. Следует, конечно, учитывать характер этого собрания религиозных текстов. Они имеют вполне конкретную цель — воздать хвалу богам и призвать их на помощь, чтобы получить от них определенные блага: богатство, здоровье, силу, защиту от врагов. Кроме того, смысл мно­гих отрывков гимнов «Ригведы» до сих пор остается не вполне понятным, ученые расходятся также в понимании ряда гимнов в целом. И мы не можем с уверенностью утверждать, что ко­гда в «Ригведе» говорится о завершении периода темноты и начале «пути богов» (дэваяна), т. е.

светлого времени, или о «приближении пути богов» с появлением зари, то здесь речь идет именно о том «пути богов», когда солнце не заходит в течение полугода.

Но те же понятия встречаются в последующей по времени ведийской литературе — Брахманах, Араньяках, Упанишадах, датируемых временем до середины I тысячелетия до н.э. В них мы находим более определенные сообщения: день — это «путь богов», ночь — «путь предков»; «когда солнце, поворачивая к северу, находится в северной сфере, оно среди богов, когда оно поворачивает к югу и находится в южной сфере, — среди предков»; «путь богов» (дэваяна), или «северный путь» (уттараяна), начинается с весеннего равноденствия. И еще бо­лее конкретное указание: «год — это один день богов», состоящий из дня и ночи. Что понима­ется под такими определениями, видно из следующего отрывка «Законов Ману»: «У богов день и ночь — год, разделенный надвое: день — период движения солнца к северу, ночь — период движения к югу». «Законы Ману» — свод этико-правовых норм, составленный во II в. до н. э. — I в. н. э.; их цель — тщательно регламентировать частную и общественную жизнь индийца. И тем не менее и в нем встречается это любопытное свидетельство.

Сходные сведения мы находим также в эпических поэмах, но здесь они составляют не­отъемлемую часть легендарных повествований о героях, событиях, странах. Вот один из рас­сказов о сказочной стране на дальнем севере, где «вступление во мрак и выход оттуда, восход и закат лучезарного солнца, изгнание тьмы те витязи созерцали, были день и ночь для них равны году». В этой стране, где оказались герои «Махабхараты», можно было видеть, как вы­соко восходит в небе Большая Медведица («Семеро божественных риши во главе с Васишт- хой^[3]»), как она вместе с другими созвездиями обходит круги вокруг укрепленной на небе По­лярной звезды. А вот другой рассказ о той же таинственной стране. Здесь «по полугодиям встает златокудрое солнце» и «остановившиеся воды принимают образы красивых украше­ний».

Итак, перед нами не случайные и отрывочные сведения, а прочная и длительная тради­ция передачи определенного цикла представлений. Но нельзя не заметить, что для создателей священных текстов, для эпических сказителей в Индии эти представления уже не имели ре­альной основы. Они выступают перед нами прежде всего как элементы мифа и связаны с дру­гими мифическими образами и сюжетами. «Полярные» детали обычно приводятся в связи с повествованиями о богах, легендарных героях, их бессмертии.

Невольно возникает вопрос: не вымышлены ли эти «полярные» представления так нее, как и боги, мифические персонажи, потусторонняя жизнь? Есть ли критерий, который позво­ляет отделить в мифах фантастическое от реального, чисто сказочное от возможного? Здесь перед нами встает интересная и сложная проблема, с которой так часто приходится сталки­ваться исследователям, — проблема соотношения мифа и действительности, сказки и реально­сти.