ВВЕДЕНИЕ

Советская историческая наука, опирающаяся на марксист­ско-ленинское понимание закономерностей исторического про­цесса, проявляет постоянный интерес к изучению религии как формы общественного сознания.

Религия этрусков в силу ряда исторических обсто­ятельств оказала огромное влияние на идеологическое развитие племен и народностей Италии, находившихся на более низком социальном уровне. Из Этрурии были заимство­ваны культ многих римских божеств, сакральный календарь, жреческая организация, система гаданий. Этрусское влияние придало первобытным верованиям древнейших обитателей римских холмов ту прочность, которая позволила им длитель­ное время противостоять новой всемирной религии — хри­стианству. Jle случайно отцы церкви с такой ненавистью от­носились к своим соперникам авгурам и гаруспикам. видя в их родине Этрурии «прародительницу и мать суеверий». I Io и само христианство оказалось неспособным отбросить выработанные в ходе многовекового развития этрусско-римской религии фор мы культа и некоторые представления, например этрусскую демонологию. Огромная популярность у христианских авто ров Вергилия объяснялась, хотя они этого сами и не осознава­ли, тем, что он был носителем наиболее развитой в средиземно­морском мире этрусской религии.

Помимо проблемы идеологического влияния на Рим мате­риал этрусской религии позволяет поставить и разрешить ряд Других вопросов.

Религия — это явление историческое, неизбежно порож­даемое условиями жизни общества на определенной ступени его развития. Испытывая постоянное влияние со стороны поли­тической надстройки и древних форм общественного сознания, религия в своем развитии определяется в конечном счете раз­витием материального базиса общества.

обладает и относительной самостоятельностью, известной внутренней логикой своего развития, она «всего дальше от­стоит от материальной жизни и кажется наиболее чуждой ей»^[1].

В религиозных представлениях фантастически отражаются непрестанно изменяющиеся условия общественного бытия, и прежде всего характер производственных отношений людей. Поэтому образы сверхъестественных существ, порожденные ре­лигиозной фантазией, созданные ею картины потусторонней жизни восходят в конечном итоге к определенному уровню развития человеческого общества. Кроме того, на эти представ­ления накладывают специфический отпечаток особенности быта и жизни отдельных народов.

Марксистская наука выяснила место религии в обществе, связав ее происхождение с экономическими процессами. Это положение является основой решения проблем, связанных с историей религии. Новые исследования и открытия в области истории, археологии и этнографии способствуют углублению наших знаний об этом важном явлении человеческой куль­туры ^[2].

Исторический подход к изучению религии как формы общест­венного сознания характеризует работы советских ученых, в частности А. Ф. Лосева, С. А. Токарева и др.^[3] Советской науке принадлежат ценные работы по истории античного общества, его культуры и искусства. Задача современности — создание комплексного исследования, рассматривающего все идеологи­ческие и культурные направления одной эпохи античного мира в совокупности, что диктуется взаимной обусловленностью явлеиий культуры и идеологии ^[4].

Этрусская религия отразила внутренние социальные и эко­номические процессы, развивающиеся в отдельных этрусских

городах-іосударствах, а также создание союза городов-госу­дарств. Религиозные представления этрусков служат матери­алом для решения вопроса о складывании аппарата насилия и о стремлении господствующего класса освятить и увекове­чить социальное неравенство. C помощью документов рели­гиозного характера можно проникнуть в святая святых этрус- кологии, к истокам этрусского парода.

В истории Италии этруски занимали особое место как единственный народ на этой территории, создавший еще до римлян могущественную федерацию, которая на протяжении нескольких веков противостояла напору греческих колони­стов. Этрусское общество было древнейшим классовым общест­вом Италии, что определило характер отношений этрусков с соседними племенами, находящимися на уровне первобытно­общинного строя.

История этрусков по своему значению выходит за пределы древнеиталийской истории и географической границы Аппенин­ского полуострова — она раскрывает древние языковые и куль­турные связи между народами Средиземноморья от Пиреней­ского полуострова до Малой Азии и Кавказа. Этрусское общест­во было одним из подобных ему в истории древнего мира. Как полагают современные ученые, в древнейших раннеклассовых обществах европейского Средиземноморья существовал ра­бовладельческий строй, но формы эксплуатации там имели свою специфику и были далеки от античного рабства ^δ. Вок­руг изучения этих обществ возникла дискуссия по вопросу об азиатском способе производства. Сторонники концепции азиат­ского способа производства, в частности М. Годелье, находят его в крито-микенском. а также в этрусском обществах ^tt.

Этрурия в отношении путей развития была ближе к Микенам и Криту, чем к античности ^[5][6][7]. Надо также учитывать тот факт, что в жизни этрусков значительную роль играло море. Этрус- сцие города-государства, возглавляемые царями, мало чем напоминали полисы, основанные на античной форме собствен­ности ^[8]. Всего существовало 12 мелких государств ^[9], объеди­ненных в непрочный союз. Благодаря эпиграфическим и лите­ратурным источникам известны наименования большинства из них — это Цере. Тарквинии. Вольцы, Вольсинии, Руселлы. Ветулония. Популония, Клузий. Арреций. Перузия, Вольтер-

ры и, вероятно, Фезулы или Кортона ^[10]. В более раннее время союзу принадлежали также Вейи, захваченные Римом в начале IV в.

Число 12 оставалось неизменным на протяжении всей эт­русской истории. Тот факт, что этрусская конфедерация сос­тояла именно из 12 городов, очевидно, не был случайным. Моделью для нее мог послужить аналогичный союз греческих ионийских поселений в Малой Азии, с которыми этруски уже на заре своей истории поддерживали тесные связи и влияние которых не оставалось бесследным, в частности при формиро­вании их религии и культуры ^[11].

Регулярные ежегодные собрания представителей 12 городов происходили в храме божества Вольтумны. к ним приурочи­вались игры, подобные олимпийским. IIa этих играх избирался глава союза^[12], должность эта не имела большой) значения, сводилась в основном к исполнению культовых и почетных обязанностей ^[13][14][15].

Благодаря некоторым данным мы можем проследить время перехода от родовой организации к государственности. В этом плане многое дает изучение реформы Сервия Туллия в Риме, которая означала, по существу, распространение на зависимый от этрусков Рим общественного устройства, уже сложившегося в самой Этрурии ^u.

В период перехода к классовому обществу в Этрурии во главе городов-государств стояли выборные цари, носившие титул лукомонов (lυcumon)^lδ.

Этрусский царь — пожизненный, но не наследственный правитель, он и верховный судья, и военный предводитель, и главный жрец государства ^[16]. Внешними символами царской власти были золотая диадема, скипетр, расшитая золотом тога и трон (курульное кресло из слоновой кости). При торжествен­ных выходах царя впереди шли ликторы с фасциями — пуч­ками прутьев с вложенными в них топорами. Все эти знаки царского достоинства впоследствии заимствовал Рим ^[17].

Со второй половины VI в. до н. э. назревает политический кризис, приведший к радикальным переменам в дальнейшем государственном развитии Этрурии, как и в других италийских

Городах. Царский период уступил место олигархическому республиканскому устройству ^lκ.

Рабовладение у этрусков, не имевшее под собой достаточной экономической опоры, так ине поднялось до уровня «классиче­ского», основными производителями материальных ценностей были не рабы, по подчиненное местное сельское население, находившееся в своеобразных отношениях зависимости, напо­минавших положение фессалийских ленестов ^[18][19].

Изучение особенностей структуры и развития этрусского общества — одна из центральных проблем современной этруско- логии. Много еще и недостаточно освещенных вопросов глав­ным образом из-за неполноты источников. Так, например, хотя наименования многих этрусских республиканских магистра­тур известны из погребальных надписей, далеко не просто на этом основании определить их действительный характер, содер­жание и взаимную связь, а также черты сходства и различия с магистратурами римлян и италиков ^[20].

Результаты исследования социальной истории этрусков имеют большое значение для изучения истории становления их религии, которая во многом определялась уровнем развития этрусского общества.

Задача данной работы состоит в изучении материалов по этрусской религии, мифологии и культу с целью выявления принадлежащих этрускам представлений об окружающем их мире и его строении. Исследование, таким образом, ограничи­вается изучением мировоззренческих аспектов, проявившихся в названных областях духовной культуры.

Отметим, что изучение этрусков и их культуры имело дли­тельную историю, однако до сих пор многие положения дис­куссионны, в частности не выяснена этническая принадлеж­ность этрусков. Все исследования на эту тему стремятся свя­зать элементы этрусской культуры с определенными ареалами. Вопрос, по-видимому, останется открытым до тех пор. пока не будет расшифрован язык.

*

* *

Публикуемые нами рисунки взяты из следующих работ: Монгайт А. А. Археология Западной Европы. Бронзовый век. M., 1974; Чубова А. П., Иванова А. П. Античная живопись. Al., 1966; The Search for the Etruscans. L., 1966; Соколов Г. Эгейское искусство. M., 1972; Чубова А. II. Этрусское искус­ство. M., 1972; Anati Е. Arte rupestre πelle regioni Occidentali della PeiiisoJa Iberica.- Archivi di Arte Peistorica, 1968, N 2; Anati E. La stele di Triora (Liguria).- BCSR, 1973, vol. 10.