§ 3. Этруски и их культура.

Еще значительнее на древний Ла- циум и Рим было влияние их непосредственных северных сосе­дей — этрусков, самого сильного и передового народа Италии в первой половине I тысячелетия до н.

К сожалению, однако, «этрусская проблема» представляет еще до сих пор одну из неразрешимых загадок в нашей науке. До сих пор неясно даже само имя этого народа: греки называли этрусков «тирренами», у египтян этруски назывались tursch, у римлян этруски всегда именуются «тусками», откуда и современное на­звание области к северу от Тибра — Тоскана; наконец, по словам Дионисия Галикарнасского (I, 30), сами себя этруски называли rasena, и это подтверждается присутствием этого слова и в этрус­ских надписях. Неизвестен и язык этрусков, хотя открыто уже около 10 тыс. их надписей. Геродот, первый из древних исто­риков упомянувший об этрусках (1,94), считает их выходцами из малой Азии и, действительно, в их культуре много эгейских или крито-микенских элементов.

Весьма рано по сравнению с другими народами Италии, во всяком случае уже в VII—VI вв., у этрусков развились ремесло и торговля, возникли города, сложилось классовое общество. О по­следнем определенно свидетельствует существование у них впол­не уже оформившегося господства знати — «лукумонов». Это аристократия одновременно и военная, и жреческая, и рабовла­дельческая, и, повидимому, крупноземлевладельческая. Маркс,

принимая во внимание соединение в пх руках военной силы и ду­ховной власти, называл лукумонов тсократамп и уподоблял вла­дыкам древнего Востока Ч Они жили в укрепленных замках, построенных на недоступных орлиных высотах, и господствовали оттуда над округой. Погребения их отличались сказочной рос­кошью. Богатства лукумонов имели в значительной мере внеэко­номическое происхождение. Вместе со своими дружинами лукумоны совершали постоянные военные нашествия или пускались в пират­ские похождения на морях.

Основная масса населения, состоявшая преимущественно из потомков подчиненных племен Этрурии, Умбрии, среднего бас­сейна реки По, находилась в полурабской зависимости различной степени: так, «лаутни» были, повидимому, полувольные люди, «этера», наоборот, очень сильно эксплуатировались. Население было щедро обложено различными повинностями, отработками и барщинами (по постройке городских стен, замков и усыпальниц лукумонов, каналов и пр.). Но сверх того, побежденное население обязано было отбывать тяжелую воинскую повинность и участво­вать в военных предприятиях этрусской знати и городов. Так, древние писатели определенно свидетельствуют, что покоренные умбры принимали большое участие в походах этрусков в Лацпум и Кампанию. Было также и большое количество рабов, частью из военнопленных и захваченных во время пиратских экспедиций, частью приобретенных путем покупки и долговых операций. Ввиду своей многочисленности рабы должны были уже представ­лять собой особый класс.

О государственном строе этрусков сохранились лишь весьма недостаточные сведения. Повидимому, города управлялись царями — «ларсами», но был и главный выборный царь — «зилат», стоявший во главе федерации 12 древнейших городов и руководив­ший собранием их представителей в храме богпни Вольтумны. Царь был одновременно и верховным жрецом, и потому персона его окружалась необыкновенным почетом и пышностью: он носил пурпурную одежду и красные башмаки, имел трон из слоновой кости, его всегда сопровождали 12 «ликторов» — стражей и испол­нителей его приказаний — с топорами и пучками прутьев (розог) в руках.

В связи с установившимся уже классовым строем, покоющемся на жестоком угнетении масс, у этрусков выработалась и укрепилась весьма развитая, но крайне мрачная, подавляющая сознание низов религия. Она поднялась уже до веры в богов-небожителей, и особым почитанием у этрусков пользовалась троица верховных божеств: Тини (Юпитер), Уни (Юнона) и Менрва (Минерва). Боги эти были обычно нераздельны в своем культе, так что и этрусские храмы делились всегда на три части: центральную целлу Юпитера и два боковых нефа — Юноны и Минервы.

¹ К. Маркс, Капитал, т. I, 1949, стр. 240.

Но рядом с этим преобладающую роль в верованиях этрусков играли сильнейшие пережитки примитивного анимизма, всеобщая боязнь демонов и духов, наполнявших всю природу в виде некой враждебной «нечистой силы». Считалось, что необходимо вмешательство жрецов-заклинателей, чтобы вызвать добрых духов (их изображали белым цветом) и противопоста­вить их благотворную помощь злым козням страшных демонов. В этих целях этруски употребляли множество заговоров и заклинаний. Однако последние, равно как и многочисленные гадания по полету птиц, по внутренностям жерт­венных животных, грозовым явлениям и пр., представляли тайну жрецов и лукумонов. Культивировалось таким путем представление, что только через благодетельное посредничество своей воепно-духовной аристократии простой человек мог получить спасение и загробное блаженство. Для уми­лостивления богов и демонов практиковались также человеческие жертво­приношения и гладиаторские бои.