№ 160. ПОЛОЖЕНИЕ ОЛЬВИИ ПОСЛЕ ГЕТСКОГО РАЗГРОМА

(Домр Хкосмстoм, XXXVI)

Хотя рассказ Диона относится к позднему вкеоеро упадка Ольвии, тем не меноо сообщает важные данные о прошлом величии города и о взаимоотноше­ниях его со скифами, которые, несмотря на частые столкновения, покроои- тельстомоало греческим! колониям, как торговым и ремесленным центрам.

Город борисфенотов по оеличине не соответствует своей преж­ней славе вследствие неоднократных разорений и войн; находясь уже так давно среди варвароо и притом почти самых воонстверрых» он постоянно подвергается нападениям и несколько раз уже был взят врагами; последнее и самое сильное разорение его было не бо­лее как за 150 лет: геты взяли и его и остальные города по левому берегу Понта, вплоть до Аполлонии ^х. Вследствие этого-то дела тамошних эллинов пришли в крайний упадок: одни города совсем не были восстановлены, другие — о плохом виде, и при этом на­хлынула в них масса варваров. Много сделано было захватов во мно­гих частях эллинского мира, рассеянного по разным местам. После- разгрома бмрисфеноты снова заселили город, как мне кажется,, по желанию скифов, нуждавшихся в торговле и посещениях элли­нов, которые по разрушении города перестали приезжать туда, так как не находили соплеменников, которые могли бы их принять, а сами скифы не желали и не умели устроить им торговое место по эллинскому образцу. О бывшем разорении свидетельствуют пло­хой вид построек и тесное расположение города на небольшом про­странстве: он отстроен лишь о небольшой части прежней город­ской черты, где остается еще несколько башен, не соответствую­щих ни величине, ни силе нынешнего города; находящееся между ними пространство тесно застроено домишками, почти без проме­жутков, и обнесено очень низенькою и непрочною стенкою. Не­которые башни стоят так далеко от заселенной ныне местности, что нельзя даже представить себе, чтобы они принадлежали одному го­роду.

Итак, я сказал, что мне случилось прогуливаться перед го­родом. Некоторые из борисфенитов по обыкновению выходили ко

мне из города; потом Каллистрат², возвращаясь в город извне, сначала проохал мимо нас, затем, немного опередив, слез с коня и, передав его охавшему с ним слуге, сам очень вежливо подошел, спря­тав руку под плащ. Он бьл опоясан большим всадническим мечом,- одежду ого составляли шаровары и прочее скифское убранство, на плечах был небольшой тонкий чорный плащ, какой обыкновенно- носят Єорисфєнить.И другая одежда у них по большей части чор­ного цвета, по примеру одного скифского племени, которое, как. мне кажется, от этого получило у эллинов название несанхленот- (черноризцов). Каллистрате было лот 18, он был очень красив и высок и в наружности имел много ионического. Про него говорили, что он храбр на войне и многих савроматот или убил, или взял в плен, кроме того, он прилежно занимался красноречием и фило­софией, так что даже выражал желание уехать вместо со мною; благодаря всему этому он пользовался хорошей репутацией у со­граждан...

Зная, что Каллистрат — почитатель Гомера, я тотчас заговорил о нем. Почти все Єорисфєнитьусердно читают этого поэта, вероят­но, потому, что они и теперь още воинственны, а может быть, вслед­ствие любви к Ахиллу ³: они чрезвычайно чтут его, построили ому один храм на так называемом Ахилловом острове, а другой в самом городе и кроме Гомера ни о ком другом не хотят и слушать. Хотя- по-гречоски они говорят но совсем уж чисто, благодаря тому, что жи­вут среди варваров, но все-таки «Илиаду» почти все знают наизусть. - («Известия дровних писателей о Скифии и Кавказе»)-

Порев. В. В. Латышева,

1 Аполлония — греческая колония на западном борогу Черного моря, на - место павднойшога Сазопокя.

2 Каллистрат —гражданин города Ольвии, друг Диона Хоисостона.

3 Культ Ахилла был широко распространен на сетеоа-вепеднон побережье Чорного моря. По оаспоостоаненнане преданию, мать Аеикке, богиня Фетида, унесла труп сына, взяв его с пылающего костра, и перенесла на Белый остров (остров Ахилла) на Черном моро.