ГРАВИРОВАННЫЕ КОСТЯНЫЕ ПЛАСТИНЫ ИЗ Таймановой МОГИЛЫ

3.В.ЯКОВЕНКО, В.И.БЦДЗИЛЯ (Чернигов, Киев)

Летом 1969 г. у с. Балки Васильевскою района Запорожской области был раскопан курган Тайманова Могила. Широкую известность приобрели пять серебряных сосудов из северного впускного погребе­ния этого кургана, обнаруженные в специально устроенном тайнике ¾ Полностью исследование этого интересного и сложного в стратигра­фическом отношении памятника было окончено только осенью 1970 г.

В настоящей статье вниманию специалистов представляются толь­ко костяные гравированные пластины из четвертого погребения Тай­мановой Могилы^. Отдельные фрагменты костяных пластинок были най­дены на различной глубине в заполнении входной ямы, дромоса и погребальной камеры, сильно нарушенных древними грабителями. Об­стоятельства находки позволили автору раскопок о назначении этих предметов и их первоначальном местоположении в могиле говорить только предположительно .

В процессе реставрации из отдельных частей были собраны две большие пластины полукруглой формы и две узкие прямоугольные пластины. Все они сильно фрагментированы, изъедены солями, зна­чительно повредившими резные изображения. Обе полукруглые пласти­ны одинаковых размеров; длина основания - 10,1 см, наибольшая ширина - 4,5 см. На лицевой предварительно отполированной поверх­ности каждой пластины-гравированая композиция. Вдоль краев каж­дой из пластин идет гладкая кайма шириной до 2 мм, отчерченная

резвой линией· Гравированный рисунок на пластинах был оттенен красным фоном, сохранившимся во многих местах.

Лучше сохранилась пластина, условно обозначенная буквой ⁿAⁿ. На ней в центре изображено крылатое женское божество. Широкое лицо женщины с тонкими чертами обрамлено пышной прической; на плечи ниспадают локоны - по два с каждой стороны. Лоб увенчан высокой треугольной диадемой, на голове - калаф. В ушах укрепле­ны большие круглые серьги.

Вторая пластина "Б" сохранилась очень неполно. После рес­таврации удалось восстановить большую часть изображения, позволя­ющую представить всю композицию. На пластине изображена сцена борьбы: два скифа сражаются с большим гиппокампом. Скифы размеще­ны слева. Крайний из них повернут вправо; он стоит на правом ко­лене, с выдвинутой вперед левой ногой. В руках воин держит копье (правой рукой - внизу, а левой - вверху). От его головы сохрани­лась только нижняя часть - концы длинных волос, спускающиеся пря­дями на плечи, и растрепанная борода. На воине кафтан с клино­видными полами, обшитый по краю каймой и подпоясанный узким поя­сом. Воин в шароварах, заправленных в короткие мягкие сапожки. Второй воин полулежит, прислонясь головой к колену товарища. К сожалению, у этого воина сохранилась только верхняя часть. На лице его, повернутом в профиль, выражение испуга; глаза и рот широко приоткрыты. У него такая же длинная прическа и клиновид­ная борода, такой же кафтан; правой рукой он опирается о землю, а левая, вероятно, опущена вдоль туловища.

В правой части композиции помещен гиппокамп - его изображе­ние в значительной степени утрачено. Гиппокамп повернут влево, от его передней части сохранились контуры мускулистой груди и шеи и верхняя часть изогнутых ног, которыми он поверг на землю

одного из скифов· При внимательном рассмотрении можно заметить заднюю змеевидную часть туловища - чешуйчатое узкое тело и не­сколько витков длинного хвоста с раздвоенным рыбьим концом·

Обе узкие пластины первоначально имели длину до IO см при ширине 1,8 см.

Лицевая поверхность пластинки "а" сильно повреждена и ее ор­наментальная композиция восстанавливается с трудом. При увеличе­нии можно рассмотреть чередующиеся цветы лотоса и арацеи. На лице­вой поверхности пластины "б”, сохранившейся в длину на 5,8 см, изображены утки; крайняя повернута влево, а вторая - вправо. У линии излома сохранилась часть шеи третьей утки, стоявшей влево с обращенной назад головой. Судя по длине пластины полная компо­зиция состояла 'из четырех уток·

Высокое качество резьбы свидетельствует о руке умелого масте­ра: штрих рисунка уверенный, глубокий, следы предварительной раз­метки отсутствуют.

На пластине ⁿAⁿпри кажущейся зеркальной симметрии можно за­метить детали, нарушающие ее однообразие: неровное количество завитков оперения на обоих крыльях, различное размещение бутонов аканфа и т.д. Тонкие черты женского лица, легки пряди прически - все это напоминает нам лучшие образцы греко-скифской торевтики, созданные под непосредственным влиянием греческого искусства классической поры. И хотя круг близких образцов очерчивается до­вольно точно - от налобника Цимбаловой могилы до Александрополь- ского навершия ⁵, - все же "Змееногая богиня" из Таймановой моги­лы занимает среди них особое место· Это, прежде всего, заслуга мастера, который убрал все лишнее, заменив руки широкими крыльями, оста/вив от человеческого облика только голову прекрасной молодой женщины, олицетворявшей животворные силы природы. Именно этими чертами и отличается композиция нашей пластины от упомянутых выше изображений богини плодородия на широко известных предметах то­ревтики.

Гружены деталями (Чертомлык, Куль-оба), либо слишком суммарны (Большая Близница) & . Многочисленные параллели орнаментальной композиции на пластине ⁿAⁿмы находим и среди резных боспорских саркофагов и вновь среди лучших образцов греко-скифской торев­тики (пилос из Ак-Буруна, головной убор Деева кургана, гориты Ильинецкого типа) ⁸.

Композиция пластины ⁿEⁿвыполнена не менее совершенно. Одна­ко она решена иначе· Симметрия здесь заменена противопоставле­нием двух различных групп изображений. Смысловой акцент, что обыч­но для фронтонных композиций,падает на центральную часть сцены. К сожалению, в этом месте пластина повреждена более всего, Изобра­жая скифов, резчик следует традиционной манере, однако он предпо­чел лаконичный стиль без общепринятых дробных деталей, заполняю­щих обычно свободное пространство (висящие гориты, мечи в ножнах и т.п.)· Это изображение напоминает нам воинов с электрового куль- обского сосуда и скифов с фриза чертомлыцкой вазы $ · Фигура гип­покампа почти не сохранилась. Отдельные детали позволяют предста­вить образ мифического животного либо близкого изображению на нож­нах из Куль-обы, либо, что кажется более вероятным, близкого гри­фону-гиппокампу на навершии и пластине изАлександропольского кур­гана и на ленте головного убора из Деева кургана ¹⁰. Смысловая интерпретация всей komπo⅛hhпластины ⁿEⁿпока вызывает затрудне­ния. Здесь, вероятно, следует руководствоваться широко известной гипотезой Б.Н.Гракова о скифском эпическом цикле, который, воз­можно, иллюстрируют так называемые "сцены из жизни скифов" на произведениях северо-причерноморской торевтики ·

О времени изготовления гравированных пластин позволяет гово­рить определенный выше круг близких им изделий в сочетании с по­гребальным инвентарем могилы № 4: ІУ в. до н.э· Эти хе параллели с определенностью говорят и о месте производства - одна из Бос­порских мастерских; именно там изготовляли близкие по сюжету и стилю предметы торевтики; а также детали декора деревянных сарко­фагов·

Последнее обстоятельство и дало повод для первоначального оп­ределения резных пластин из Таймановой могилы как принадлежностей саркофага· Однако их тщательное изучение и консультация со спе­циалистами Государственного Эрмитажа позволили придти к совершен-

йо иному выводу.

Одинаковые размеры больших пластин и их форма говорят о при­надлежности к одному предмету. Скорее всего это накладки на две стороны какого-то полукруглого изделия. Об этом же свидетельству­ет и обратная сторона пластин, шероховатая с косыми насечками, - обычная для обработки поверхности кости перед наклеиванием на ос­нову· Представляется, что наиболее подходящим изделием, которому принадлежали пластины, может быть гребень с высокой полукруглой спинкой·

Современная наука кроме золотого гребня из Солохи и его аналогий, приведенных в известном исследовании А.П.Манцевич располагает многочисленными находками гребней с высокой спинкой, преимущественно из кости· Они встречаются в комплексах различной социальной принадлежности и различного времени от архаики (Гойтж)^ до позднескифского периода (Херсонщина) · Золотой гребень из Солохи занимает в этой коллекции особое место, он - один из сим­волов принадлежности погребенного в Солохе к высшей скифской зна­ти·

Составные части солошского гребня позволили нам предложить ре­конструкцию гребня с высокой спинкой из Таймановой могилы· Отчет­ливо заметно, что скульптурная группа на спинке гребня из Солохи вписывается в полукруг; его размеры почти полностью совпадают с нашими пластинами (Солоха: основания полукруга - 10,2 см, высота - 4,3 см; Тайманова Могила: основание - 10,1 см, высота - 4,5 см)· Спинка солошского гребня приклеплена к узкой пластинке - фризу, боковые края которой слегка скошены· Эта же особенность отмечена нами и на узких пластинках из Таймановой могилы. Способ крепления гравированных пластин на основу сейчас установить сложно, возмож­но, они просто приклеивались.

На лицевой стороне гребня мы предположительно помещаем пласти­ну ⁿAⁿс изображением женского божества и узкую пластину с расти­тельным орнаментом (рис«1), на оборотной - пластину ⁿE^flи пласти­ну с изображением уток (рис.2)· Поводом к подобному размещению послужила оковка ритона из Карагодеуашха, где сцена адорации со­провождается аналогичным изображением водоплавающих птиц·

В заключение следует отметить, что коллекция скифских гребней пополнилась высокохудожественным экземплярам, который по праву может занять достойное место рядом с шедевром из Солохи.

1. Бхдзіля B∙I∙ Дослидження ГаймановоІ могили. - "Археологія”, I.

1971, с. 49-55.

2. Бидзиля В.И. Отчет о раскопках Таймановой могилы. - Архив ИА

АН УССР, 1968-1970 гг. д.№ 37.

3. По мнению В.И.Бидзили, в этом погребении была погребена бога­

тая скифянка, возможно, жрица.

4. Бидзиля В.И. Отчет, л.135-140.

5. Артамонов М.И. Сокровища скифских курганов. - Прага-Ленинград,

1966, табл.186, 189.

6. Там же, табл.179, 230, 308.

7. Сокольский Н.И. Античные деревянные саркофаги .— САИ, ГІ-І7,

M.,1969, с.29-36.

8. Артамонов М.И. Ук · соч., табл.272; Онайко Н.А. Античный им­

порт в Приднепровье и Побужье в ІУ-Π вв. до н.э. - САИ, ДІ-27, M., 1970, табл.XX, XXI, ХХХІУ.

9. Артамонов М.И. Ук· соч., табл.166, 170, 232, 233.

10. Там же, ряс. 123, 134; Онайко Н.А. Ук. ,.соч., табл.ХХХІУ.

11. Граков Б.Н. Скифы. M., 1971, c.8I-82∙

12. Манцевич А.П. Гребень и фиала из кургана Солоха. - CA, ХШ,

1950.

13. Виноградов В.Б. Центральный и Северо-Восточный Кавказ в скиф­

ское время. Грозный, 1972, с.323; рис.1-3.

14. Leskow A. Treasures from the Ukrainian barrows· Leningrad,

1972, tabl. 27∙

- 464

VARIA